Город потерянных душ полностью

Она вдруг почувствовала себя дикой и свободной, и невообразимо легкой. Она знала, что должна сделать что-то ужасно важное, но не могла припомнить, что же именно или почему ей должно было быть до этого дело. Лица танцоров вокруг теперь казались не лукавыми и слегка пугающими, а прекрасными темной красотой. Клэри очутилась в гигантской, наполненной эхом пещере, а тени вокруг нее были цветов более дивных и ярких, чем любой закат. Нависавшая над ней статуя ангела казалась дружественной, в тысячу раз добрее, чем Разиэль и его холодный белый свет, и от нее исходила высокая певучая нота, чистая и ясная и совершенная. Клэри кружилась, быстрей и быстрей, оставив позади скорбь, память, потери, пока не влетела в пару рук, обвивших ее сзади и крепко стиснувших в объятиях. Она посмотрела вниз и увидела сомкнувшиеся вокруг ее талии покрытые шрамами кисти, тонкие красивые пальцы, руну Ясновидения. Джейс. Она растаяла, прильнув к нему, закрыв глаза, позволив голове упасть ему на плечо. Она чувствовала, как бьется рядом с ее позвоночником его сердце.

Ни одно сердце не билось, как сердце Джейса, и никогда не смогло бы.

Клэри мигом раскрыла глаза и обернулась, выставив руки, чтобы оттолкнуть его.

– Себастьян, – прошептала она. Ее брат ухмыльнулся в ответ, глядя на нее сверху вниз – черный с серебром, как перстень Моргенштернов.

– Кларисса, – произнес он. – Я хочу тебе кое-что показать.

Нет. Слово появилось и исчезло, растаяв, как сахар в жидкости. Она не могла припомнить, почему должна ему отказывать. Он был ее братом; ей следовало его любить. Он привел ее в это прекрасное место. Может, он и совершал дурные поступки, но это было давно, и она больше не помнила, какие именно.

– Я слышу пение ангелов, – сказала она ему.

Он хихикнул.

– Вижу, ты уже выяснила, что эта серебристая хрень – не просто блестки, – он протянул руку и погладил ее пальцем по скуле; когда он отнял палец, тот был покрыт серебром, словно он утер нарисованную слезу. – Пойдем, ангелочек.

Он протянул ей руку.

– Но Джейс, – сказала она. – Я потеряла его в толпе.

– Он нас найдет.

Пальцы Себастьяна, неожиданно теплые и успокаивающие, сомкнулись вокруг ее ладони. Она позволила отвести к себя к одному из фонтанов в центре зала и усадить на широкий мраморный бортик. Себастьян сел рядом, не отпуская ее руки.

– Посмотри в воду, – произнес он. – Скажи, что ты видишь.

Она наклонилась и посмотрела на гладкую темную поверхность бассейна. Она видела собственное отражение: дикие глаза расширены, тушь и подводка размазаны, как синяки под глазами, волосы спутались. А затем Себастьян склонился рядом, и она увидела отражение его лица рядом со своим. Серебро его волос, отраженное в воде, напомнило ей о лунном свете на речной воде. Она потянулась коснуться этого сияния, и вода, зарябив, расступилась, их отражения исказились до неузнаваемости.

– Ну что? – низким, напряженным голосом спросил Себастьян.

Клэри помотала головой; он вел себя очень глупо.

– Я видела нас с тобой, – пожурила его она. – Что еще?

Он взял ее за подбородок и повернул к себе. Его глаза были черны, черны как ночь, и только тоненький серебряный ободок отделял зрачок от радужной оболочки.

– Ты разве не видишь? Мы одинаковые, ты и я.

– Одинаковые? – она заморгала. Что-то в его словах было очень неправильное, хоть она и не могла сказать, что именно. – Нет…

– Ты моя сестра, – сказал он. – Мы с тобой одной крови.

– В тебе кровь, – сказала она. – Кровь Лилит, – по какой-то причине это показалось ей смешным, и она хихикнула. – Ты весь тьма, тьма, тьма. А мы с Джейсом – свет.

– В тебе бьется темное сердце, дочь Валентина, – сказал он. – Ты просто отказываешься это признать. А если тебе нужен Джейс, лучше бы тебе с этим смириться. Потому что теперь он принадлежит мне.

– А кому тогда принадлежишь ты?

Себастьян приоткрыл рот; он ничего не сказал. Впервые, подумала Клэри, он выглядел так, словно ему нечего сказать. Она была удивлена; его слова не слишком много для нее значили, и она просто лениво полюбопытствовала. Прежде, чем она успела произнести что-либо еще, над ними раздался голос:

– Что тут творится?

Это был Джейс, глядевший на них с непроницаемым видом. На нем стало еще больше блестящего вещества, и на золоте волос повисли серебряные капли.

– Клэри, – раздраженно сказал он. Клэри отстранилась от Себастьяна и вскочила на ноги.

– Извини, – выдохнула она. – Я потерялась в толпе.

– Я заметил, – сказал Джейс. – Вот я с тобой танцую, а в следующий момент тебя уже и след простыл, а весьма настойчивый оборотень пытается расстегнуть мне ширинку.

Себастьян хихикнул.

– Оборотень-мальчик или оборотень-девочка?

– Я так и не понял. В любом случае, побриться ему бы не помешало, – он взял Клэри за руку, легонько обхватив пальцами ее запястье. – Хочешь пойти домой? Или еще немного потанцевать?

– Еще потанцевать. Можно?

– Сколько угодно, – Себастьян откинулся назад, сцепив руки за спиной на краю фонтана, улыбка – как лезвие опасной бритвы. – Я не против посмотреть.