– Я сообщу ей, что ты так сказал, – пробормотал Мелиорн. – Должен признать, понятия не имею, чем ты так ее привлекаешь. Я измерил тебя и нашел негодным, но вкус моей госпожи более изыскан, нежели мой.
– «Взвешен на весах и найден очень легким»?[28] – Себастьян весело перегнулся вперед. – Позволь объяснить тебе, рыцарь-фэйри. Я молод. Я красив. И я готов спалить весь мир дотла, лишь бы получить, что хочу.
Он прочертил кинжалом борозду в каменной столешнице.
– Как и мне самому, Королеве нравятся долгие игры. Но вот что я желаю знать: когда настанут сумерки нефилимов, будут ли Дворы со мной или против меня?
Лицо Мелиорна ровным счетом ничего не выражало.
– Госпожа говорит, что она с тобой.
Себастьян усмехнулся уголком рта.
– Отличные новости.
Мелиорн фыркнул.
– Я всегда предполагал, что люди как раса уничтожат сами себя, – сказал он. – Тысячу лет подряд предрекал я, что кровь ваша падет на вашу же голову. Но я не ждал, что конец придет вот так.
Себастьян повертел сияющий кинжал между пальцами.
– Никто никогда не ждет.
– Джейс, – прошептала Клэри, – Джейс, кто угодно может войти и нас увидеть.
Руки Джейса не остановились.
– Не войдут.
Он проложил по шее Клэри дорожку поцелуев, чем полностью смешал ее мысли. Было тяжело цепляться за реальное под его руками, когда разум и память кружились вихрем, а пальцы так крепко вцепились в футболку Джейса, что Клэри была уверена – она ее порвет.
Камень холодил ей спину, но Джейс целовал ее в плечо, спуская с того бретельку платья. Клэри дрожала разом и от жара, и от холода. Мир распался на кусочки, как на яркие цветные стеклышки в калейдоскопе. Она вот-вот обезумела бы под его руками.
– Джейс… – она вцепилась в его рубашку. Ткань была липкой, вязкой на ощупь. Клэри посмотрела вниз, на свои руки, и какое-то мгновение не могла осознать, что именно видит. Серебристая жидкость, смешанная с красной.
С кровью.
Она подняла глаза. С потолка над ними вниз головой, как зловещая пиньята, свисал человеческий труп, привязанный за лодыжки. Из перерезанного горла капала кровь.
Клэри закричала, но вопль вышел беззвучным. Она оттолкнула Джейса, тот нетвердо отступил назад; на его волосах и футболке, на ее обнаженной коже тоже была кровь. Клэри надела бретельки платья на место, пошатываясь, подошла к занавесям, закрывавшим альков, и раздернула те настежь.
Статуя ангела больше не была прежней. Черные крылья стали крыльями нетопыря, прелестное, доброжелательное лицо исказилось в презрительном оскале. С потолка на перекрученных веревках свисали, как на бойне, трупы мужчин, женщин, животных – они заливали танцпол кровью, как дождем. В фонтанах била кровь, а на поверхности жидкости плавали не цветы, а отрубленные раскрытые ладони. Извивающиеся, когтящие друг друга танцоры были насквозь мокры от крови. На глазах у Клэри мимо пронеслась пара – высокий бледный мужчина и обмякшая у него на руках дама с разорванной глоткой, очевидно мертвая. Мужчина облизнулся и склонился, чтобы укусить еще раз, но перед тем бросил взгляд на Клэри и усмехнулся, и его лицо было все в потеках крови и серебра. Клэри почувствовала у себя на руке пальцы Джейса, тянувшего ее назад, но вырвалась из его хватки. Она не могла отвести глаз от стеклянных емкостей вдоль стен, в которых, как ей казалось раньше, вроде бы плавали сверкающие рыбы. Вода оказалась не прозрачной, а застоявшейся и черноватой, и в ней дрейфовали утопленники, чьи волосы развевались вокруг тел в толще воды, словно щупальца светящихся медуз. Перед глазами встал Себастьян, парящий в стеклянном гробу. В горле Клэри начал было зреть крик – но она поперхнулась и замолкла, когда тишина и тьма накрыли ее с головой.
В себя Клэри приходила медленно, с головокружением, знакомым ей по первому утру в Институте, когда она проснулась, совершенно не понимая, где находится. Все тело болело, а по голове как будто железной штангой ударили. Она лежала на боку, головой на чем-то твердом, и на плечи ей что-то давило. Поглядев вниз, она увидела худощавую руку, которая, как бы защищая, была прижата к ее груди. Она узнала Метки, тонкие белые шрамы и даже сеточку синих вен у него на предплечье. Тяжесть в груди рассеялась, и Клэри осторожно села, выскользнув у Джейса из-под руки.
Они были в его спальне: Клэри узнала его невероятную аккуратность, тщательно застеленную постель с по-больничному заправленными уголками. Даже сейчас она не помялась. Джейс спал, сидя спиной к изголовью, все еще во вчерашней одежде. Он даже не снял ботинки. Он явно заснул, держа ее в объятиях, хотя она этого не помнила, и все еще был выпачкан странной серебристой жижей из клуба.
Джейс слегка пошевелился, словно почувствовав, что она ушла, и обхватил себя свободной рукой. Он не выглядел ни раненым, ни больным, подумала она, просто предельно уставшим; длинные темно-золотые ресницы завивались в провалах темных мешков под глазами. Во сне он казался хрупким – маленьким мальчиком. Он вполне мог бы быть
