– У городов вообще не бывает мам. Но, может, это было бы по-своему здорово. Хотя… я знаю, что и так есть те, кто меня ждёт.
Он прижал руку к груди и вслушался. Сердце стонало и осыпалось песком.
Иди. Иди. Иди…
Роща уже стала настоящим лесом: большинство деревьев макушками словно подпирали далёкое небо. Остро потянуло землёй, хвоей, грибами и ландышами. Всё чаще попадались мягкие подушечки влажного мха, на которые так и тянуло прилечь.
– Эй, Рика, а у тебя мама… – заикнулась Кара.
– Нет, – отрезала легенда. – И не хочу. Мне себя достаточно.
Кара без особого изумления кивнула:
– Какая ты странная, не зря приглянулась этому гаду. Его простушки не интересуют.
Мальчик даже обернулся, чтобы не без злорадства увидеть, как легенда обескураженно замерла. Глаза её округлились, но только на мгновение, – тут же бледное лицо опять стало замкнутым и сердитым. Кулаки сжались.
– Какому ещё гаду?
Но она всё поняла, и мальчик тоже. Губы сами разъехались в ехидной улыбке. Ох, девчонки… Кара заулыбалась по-другому – таинственно и возбуждённо. Выпустила мальчика, сунув на прощание последний орех ему в рот, и проворно отбежала назад. Смуглая, исчерченная белыми узорами ладонь легла на узкое плечо Рики. Кара наклонилась к её уху, и в лесной тишине понеслось нетерпеливое:
– Шу-шу-шу!
Это повторяющееся «шу-шу-шу» – и ещё хихиканье – было всё, что мальчик различал, хотя, судя по физиономии Рики, за «шу-шу-шу» прятались слова. Какие-нибудь секретики, мол, «а ты ему, а он тебе?». Мальчик фыркнул и прибавил шагу: далась ему эта болтовня, горожанки вечно так журчали и чирикали. Но уже вскоре он услышал сердитое:
– Да перестань ты! О чём только думаешь, белая звезда, да вовсе он не…
– А если?.. А очаруешь?..
– Перестань! Даже с тобой у него больше общего.
– Ну нет, я с ним ничего общего точно не имею! Но тебя не осужу и…
– А как же песчаные черви?!
Кара засмеялась громче и опять зашушукала, но оборачиваться уже не хотелось. Вместо этого мальчик задрал голову к небу и опять стал мучительно думать. Там, в просвете между ветками, точно над тропой, часто пролетали птицы: поодиночке и стайками. Тяжело срывались и перепархивали иногда сизо-серебристые белки-летяги. А если поднапрячь слух, то из кустов слышался топоток. Зайцы? Олени? Нет ли среди зверей Материка? Не смотрит ли он на путешественников и не ловит ли их разговоры чуткими ушами? Если так, то он, наверное, уже разочаровался. Хихикающая звезда, сердито спорящая с ней легенда, да и сам город, опять слышащий недовольное урчание в животе. Достойны ли такие ничтожества исполненных желаний или даже просто мудрых советов? И всё же…
Приди.
Он прошептал это, а потом просто подумал.
Приди. Не ради меня, ради моих людей. Они лучше меня.
Кара и Рика притихли. Над головой пролетела ещё одна птица – серая, вытянутая, длиннокрылая – и быстро пропала.
Приди, разве я не…
Босая нога запнулась о корягу. Мальчик попытался удержать равновесие, но не смог и плюхнулся прямо в мокрую траву, по счастью не разбив нос. В голове зазвенело.
– Ну, сколько ворон насчитал? – услышал он издевательский голос легенды и тихо зарычал. Под рубашку, кажется, заполз жук. Кара, подскочив, протянула руку:
– Ох, вставай, Зан! Ты чего? Не расшибся?
Он уцепился за неё, поднялся, отряхнулся. Звезда привычно потрепала его по макушке, и он, ощущая неприятную горечь в горле, кивнул:
– Ничего страшного, случайно. Пошли.
Он одарил легенду злобным взглядом, но та, не поведя и ухом, уже обогнала их. Общество Кары явно ей надоело, и она рада была прекратить «шу-шу-шу». Мальчик сердито шмыгнул носом. Звезда приобняла его за плечи и снова начала болтать о своей родне. Слушая, он немного взбодрился и даже не заметил, как лес стал ещё гуще и перестали попадаться метки пребывания людей: вырубки, затоптанные костры. Дорога разветвилась и на левой вилке влилась в другую – широкую и сохранившую отчётливые борозды колёс. Видимо, по ней ездили в соседние графства, если не пользовались железной – та должна была идти параллельно и ещё дальше, если карта не врала.
Кара подняла глаза к небу, скорее всего, пытаясь понять, сколько уже длится их путь.
– Хотите передохнуть? – после промедления спросила она.
– Нет, – отрезала Рика, и мальчику тоже пришлось покачать головой. «Недоносков» ему было достаточно.
Тучи над головами поредели; всё чаще попадались лоскуты голубого неба. Но даже это утешало мало: в таком темпе до Пятой, которую мальчик помнил как столицу графства Валк, Мудрого графства, предстояло идти ещё не один день. До сих пор оставалось загадкой, как они так быстро выбрались из пустыни. Эта дорога вряд ли будет такой же щадящей.
– Кара, а почему мы идём именно сюда? – уныло спросил он.
Звезда, наклонившаяся сорвать пару каких-то ягод, выпрямилась.
– До Третьего было бы не ближе, Зан. К тому же я подумала, что в Мудром графстве больше шансов встретить мудреца или кого-то, кто знает, где мудреца искать. Всё-таки… я не самая глупая звезда, мне случалось кого-то выслеживать!