– Нет, не надо! – Голос Рики утонул в очередном ударе клинков. Легенда добежала до Кары и начала трясти её за плечи, бить по щекам, звать. Тщетно. Звезда не шевелилась.
Харэз всё наступал. От некоторых атак стопы уходили в песок; приходилось прилагать огромные силы, чтобы просто отвести меч, готовый разрубить от плеча до пояса. В этих попытках не быть убитым шло время, убегало сквозь пальцы. Убегало, как проклятые песчинки там, где…
«Жива ли твоя радиостанция, Город-на-Холмах? Что она говорит?»
Харэз был отличным учителем, об этом не стоило забывать. Лучшим. Мальчик наконец вспомнил, что кое-что может, – попытаться использовать ловкость так, как уже пытался на тренировках, но каждый раз его валили на песок. Раньше. Сейчас он просчитал иначе, чуть лучше. Подождал очередного сильного удара, парировал и извернулся – чтобы предельно сократить расстояние, но оказаться там, где длинный клинок не сможет сразу его настичь. Дальше достаточно было нескольких шагов, и осталось где-то две секунды, чтобы…
«И ты обязательно вырастешь в золотого».
«Убив Смерть, ты дашь время всем нам».
У него было целых две секунды, и он не знал, что дрогнуло, рука или помутнённый рассудок. Но он не вонзил клинок так, как, наверное, сделал бы это сам Харэз. Белое, как замёрзшее молоко, лезвие насквозь прошило правое плечо – под углом, над грудью. Этого хватило: рука разжалась, Харэз охнул и осел на колени. Мальчик выдернул оружие и увидел, с какой жадностью металл впитывает вязкую чёрно-красную кровь, снова становясь чистым. Харэз с усилием выпрямился. Повязка съехала с его глаза, открывая несколько длинных багровых росчерков и провал под выжженной бровью.
– Неплохо, малыш, – прохрипел он.
Судя по мрачной усмешке, его не удивило поражение. Дёргающиеся пальцы не могли больше сжать оружие, но в следующее мгновение, очнувшись, Харэз ухватил рукоять левой рукой, попытался встать. Мальчик приставил меч к его горлу и услышал будто со стороны:
– Дёрнешься хоть раз – я тебя убью.
Он видел заливающую песок кровь, такую тёмную, что это нельзя было объяснить простиравшейся вокруг ночью. Видел гаснущее золото в зрачке. Видел там же своё отражение – искажённое, злое и сумасшедшее. Лицо чудовища.
Харэз выпустил рукоять оружия, но вряд ли он боялся.
– Я пришёл спасти вас, малыш, – прошептал он и тяжело выдохнул. Зажал рану ладонью. – Что бы тебе ни говорили, – спасти. И всё это время пытался помочь.
– Так дай же мне это сделать. – Мальчик немного наклонился к нему. Губы дрожали под этим взглядом. Казалось, так больно не было, даже когда брат умирал на руках после самума. – Дай. Ты ведь даже не знаешь, что делать, а я знаю. Или…
Харэз всё смотрел в его глаза. Но спустя мгновение покачал головой. Не знает. Меж его пальцев сильнее засочилась кровь.
– Если сделаешь ей что-то, – тихо прохрипел он, – я всё равно рано или поздно до вас доберусь, и это будет уже другая встреча. Я буду преследовать тебя. Пока не убью. Мы не выбираем жертв, но я позабочусь, чтобы ты достался мне. Подумай хорошо, малыш… – в углу его рта лопнул пузырёк крови, – лучше тебе меня прикончить.
Мальчик касался смуглой шеи клинком, но, казалось, ощущал холод и пальцами. Он снова трусливо, унизительно задрожал под взглядом, где клубилась уверенная пустота. Да, не стоило надеяться, что Харэз лжёт. Он не лгал. Клинок лёг на широкое плечо – так возлагали оружие графы, имевшие право посвящать в рыцари и сносить головы. Осталось нанести удар. Клинок острый, он справится быстро, нужно только правильно замахнуться и…
– Зан, нет! – раздалось совсем близко. – Не трогай его… пожалуйста.
Он медленно обернулся. Рика стояла прямо за спиной. Видимая, осязаемая, она смотрела не на него – только на Харэза. Правая бледная рука крепко сжалась в кулак, и оттуда лился знакомый свет. Болталась длинная цепочка, снятая с шеи.
Мальчик ждал, что Харэз, чьё лицо побледнело и перекосилось от боли, станет отговаривать её, но он только покачал головой, а потом низко её опустил: знал, что не сможет. Мальчик взглянул на ножи, которые, как обычно, крепились у Рики к поясу, и дурнота накатила с новой силой. Всё время, что они говорили, Рика могла просто сбежать. Могла подкрасться и убить. Это ничего не стоило, это было бы хорошо для всех.
Она поняла. Слабо усмехнулась – потемнели почти затянувшиеся шрамы в углах рта.
– Я легенда о герое, Зан. Не о трусе, не о подлеце. Забирай то, что нужно, и оставь нас в покое. Если ты правда кого-то спасёшь этой ценой, я буду рада.
Рика прошла вперёд, опустилась с Харэзом рядом и прижалась виском к его плечу.
– Нет, – всё-таки прошептал он, но она уже вытянула правую руку и разжала ладонь.
Едва пальцы мальчика коснулись кулона, как в воздухе мерцнула яркая красная вспышка. Он зажмурился, а когда открыл глаза, двое лежали у его ног. Харэз дышал, хотя под его спиной разливалась тёмная лужа крови; Рика… её грудь, кажется, не вздымалась, но мальчик, сразу со вскриком попятившийся, не стал присматриваться. Отвернулся. Застыл.