— Шестая банда опять наркоту делает. — скривился молодой. — Пробили каким-то направленным взрывом из дрянной самопальной взрывчатки одну из труб, выкачали воду, обрубив снабжение этому сектору, и организовали там подпольную лабораторию.
— Ничего нового. — ничуть не удивился седой. — Воду починил?
— Да. — серьёзно кивнул второй пилот. — Из лаборатории их хрен выгонишь, надо бойню устраивать, сам понимаешь. Но я перенаправил поток через соседние многофункциональные трубы и заменил сломанные колонки - проблем больше не предвидится. Разве что опять что-то сами сломают…
— Обязательно сломают. — фыркнул седой, берясь за штурвал. — Даже не сомневайся в этом.
Летательный аппарат принялся медленно, с усилием подниматься в воздух. Второй пилот тяжело вздохнул и закрыл грузовой отсек, нажав несколько кнопок на стене.
— Я уже не первый раз на нижних уровнях, но никак не могу привыкнуть к этому безумию. Они же сами себе жизнь портят. И, наверное, я никогда не пойму, почему разумные вообще живут в этом месте. Это же худшая дыра в мире.
— Они здесь родились. — пожал плечами седой. — Не то, чтобы у них был выбор.
— Сейчас - да, но ведь когда-то нижний уровень пустовал. — возразил молодой. — И я более чем уверен, что администрация сектора не занималась сбросом людей на нижние уровни. Это просто бессмысленно, технические туннели, судя по схемам, вообще не предназначены для проживания здесь людей в течении долгого времени. Тут и вода-то есть только потому, что ремонтные бригады могли задерживаться на несколько дней в случае тяжелых повреждений - на случай войны или глубинной орбитальной бомбардировки, например.
— Так и есть. — легко согласился более опытный пилот. — Но, видишь ли в чём дело… Об Аркантраксе идёт хорошая слава. Многие считают, что наш мир - это манна небесная, лучшее место для жизни. И разумные, как крысы, пытаются проникнуть на корабль, полный хороших припасов, и совершенно разумные доводы про то, что гражданство выдают далеко не каждому их не останавливают. Вот и проникают внутрь, сквозь любые щели, селясь на нижних уровнях, в пустошах, где угодно. Конечно, можно было бы просто включить систему очистки, и сжечь всех живых на нижних уровнях нажатием одной кнопки… Но это редко какой сектор делает, и только в случае серьезной угрозы. Мы же не звери какие, а нормальное, цивилизованное общество. Проблемы от нижних секторов, конечно, имеются, но ничего такого, с чем мы не могли бы справиться. Да и приток рабочих рук иногда бывает полезен - не зря же мы детей забираем. Так что мы просто помогаем им немного - настолько, насколько это необременительно.
Второй пилот бросил на детей в боксах взгляд и протянул с легкой, беззлобной завистью:
— Счастливчики. Я полжизни в армии провел, чтобы получить гражданство, а этим оно достанется, считай, почти с рождения.
— Не завидуй.— наставительно хмыкнул седой. — У нас с тобой прекрасная, совершенно непыльная и безопасная работа с хорошей оплатой. Делать почти ничего не надо, смену заканчиваем за пару часов порой, и опасности никакой - оружия, способного пробить твой скафандр, на нижних уровнях просто нету. Разве что залётный террорист попадёт туда случайно. Мы себе можем позволить почти всё, что захотим, почти не работаем, и не особо рискуем - нашли хорошее местечко лишь потому, что никогда не выходящие за пределы своего сектора снобы трусят спускаться даже на безобидные нижние уровни. А вот как сложится судьба этих детей - это загадка, сам знаешь. Гражданство тяжело получить, но лишиться его - легче легкого.
Второй пилот откинулся в кресло и хрустнул шеей, устраиваясь поудобнее. И слегка прикрыл глаза, глядя на проплывающее перед ним высоченные столбы зданий с многочисленными переходами, между которыми их небольшой летун ловко маневрировал, поднимаясь всё выше и выше. Старик был прав - их жизнь и в самом деле сложилась куда лучше, чем могла бы.
— В таком случае. — улыбнулся молодой. — Нам остаётся только пожелать им удачи.
Аркантракс, сектор 137. Верхний уровень. Детский общеобразовательный приют для гуманоидных рас №9. Общее время - 13:43.
Я стоял перед большим, в несколько раз превышающим мой рост и ширину тёмным окном и мрачным, тяжелым взглядом смотрел на простирающийся до горизонта город. В стекле тенью отражался нахохлившийся, недовольный жизнью светловолосый мальчуган лет эдак семи на вид.
Этот мир определенно был способен свести с ума и сделать недовольным даже рассудительного, разумного и полностью адекватного человека вроде меня - спустя семь лет жизни в нём я мог сказать это наверняка.
