– Хорошее всё-таки пойло. Думаю, ещё парочку заказать, может, привезут, пока границы открыты и лёд сошёл. Кстати, знаешь, что мне ребята рассказывали? Охренеешь, чувак, самые свежие новости из Европы! У меня морячок знакомый в Германию плавает, таскает мне всё. Буквально в среду заходил.
– Нет, что там опять? – Антон не читал газет и слышал о происходящем в мире только из разговоров.
– Боевики взяли Париж, десятки тысяч раненых и убитых. Приезжал недавно кореш из Москвы, у них там тоже все на ушах стоят. Арабская армия повернула на юг, подходит к Монако, говорят, направляются прямиком в Рим, им нужен Папа Пётр. Немцы в отчаянии, у них не хватает припасов и людей для освобождения Франции, а тут ещё и католическую столицу занять хотят. Москва молчит, хоть канцлер Германии и направил официальную телеграмму о помощи.
– Руководство всё правильно делает. У нас и так два фронта, на одном люди дохнут от вируса, на другом – от горцев. Их же арабы поддерживают сто процентов, чурок этих.
– Да кончилась эта чума, и нет там давно уже фронта. Людей продолжают пугать, чтоб удобнее было контролировать.
– По телику говорят, что… – замялся Антон.
– Для этого телик и нужен, отупляет не меньше твоего интернета. Сиди, не высовывайся и бойся неизвестной болячки.
– Да я сам-то не смотрю. Ну и источник информации у меня только один. Народ, когда нажрётся, чего только не расскажет… Ладно, уговорил. Зато южный фронт – сколько там наших ребят полегло? Не меньше, чем за первые две в девяностые. Не остановили вовремя игиловцев, вот теперь терпим. Что у них, что у нас – сейчас совсем другая война. Не за идею, за свободу. Арабы на север не пойдут, у нас им холодно. А вот Италия и все Балканы скоро будут под ними, если никто не вмешается. Они народ просто так расстреливают. И женщин, и детей, и стариков. Это самые настоящие звери. Одно радует: когда их главарь помрёт, развалится и империя, а мы к тому времени уже окрепнем и вернём территории.
– Выпьем за погибших… Дай бог, чтобы ни мы, ни наши друзья не застали такого.
– Выпьем, конечно, но у нас и в местных разборках людей не меньше мрёт.
К вечеру стало холодать, поэтому Илья предложил переместиться обратно внутрь. К тому же народ стал ещё больше заполнять бар, у Ильи прибавилось работы. Он налил Антону две стопки напитка подешевле и посадил его за свободный стол в углу.
– Слушай, – вполголоса сказал Илья. – Наверно, не стоит тебе такое говорить, но я тут подслушал один очень интересный разговор. Недавно приходили помощники Гробчака, праздновали что-то. Так вот, один из них говорил о готовящихся взрывах. Я не расслышал, где именно, но явно это было связано с вашими комитетами. Настроены были серьёзно.
– Вот-вот. А ты пытаешься их оправдать.
Илья только махнул рукой.
– Всё идёт к тому, что Гробчака прикроют, чувствую, что скоро будет развязка. А мне проблемы не нужны. Если вдруг наводка верная, может, и бар мне оставят? Я готов работать честно.
Антон покрутил в руках стакан и задумался.
– Как мне это передать?
– Не понял.
– Не могу же я сказать напрямую, что получил информацию от тебя. Да и что вообще на Апрашку ходил. Если начальнику скажу – он меня сожрёт. Неприятный человек.
– Пока не говори, кто именно. Я тоже не хочу, чтобы моё имя светилось. Ты знаешь, что они делают с предателями.
– Я подумаю, – ответил Антон. – Пока что меня там не очень-то любят.
– А кто начальник? – поинтересовался Илья.
– Власов. Сын того самого.
– Власов? – парень от удивления поперхнулся. – Чокнутая семейка… Я не знал, что его сын работает на ваш комитет.
– Поверь, я сам сильно удивился.
– С кем ни общался, все говорят, что его папаша очень неприятный человек. Хотя многие считают, что именно он правит городом, а не губернатор. Слухи, конечно, но всё равно. Это тебе повезло вляпаться.
– Он из больницы только вышел. Твои друзья его подстрелили, когда напали на поезд в том месяце.
– Так у него на них зуб, значит, – задумался Илья. – Думаю, ты сильно расположишь его к себе, передав информацию о готовящемся теракте.
– Первая встреча уже получилась не очень, – вздохнул Антон.
– Рассказывай, я пока налью.
Илья достал из-под стойки бутылку «Уильям Лоусон» и налил по самый край.
– Отнесли материалы про Баринова в газету. Я их не читал, но вроде компромат. Якобы он тоже в убийстве замешан.
– Так вот кто второй с ним был. Я видел обоих за несколько дней до нападения. Малыша, которого повесят, знал лично. Неплохой парень. Законы Апрашки соблюдал. А второй мне сразу не понравился. Манерный такой. Значит, говоришь, это Баринов? Поставил бы пятёрку, что это он убил, да только у него папаша богатый, отмазал, небось.
Глава 15
