Но мы по-прежнему не могли часто быть вместе. Иногда секс случался, но редко. Мы не могли разрушить наш маленький хрупкий мир своими действиями. По крайней мере, сейчас. Основная причина была в Лизке. Вообще его зовут Кирилл, а фамилия у нас Елизаровы. Мы - родные братья. Только имя его ему никогда не нравилось, и он переделал фамилию в имя. На работе для всех он - капитан Кирилл Андреевич, а для нас - просто Лизка. Дело в том, что его еще в шестнадцать лет выперли из дома за его ориентацию, поведение, имидж, да и за образ жизни в целом. Просто он не такой как все. От родителей он не скрывал ничего, за что и поплатился. Ему купили квартиру и давали денег на месяц. Вы спросите, как он попал в органы? Да очень просто. Имея такой пробивной характер как у него, это было не сложно. В основном он работает под прикрытием, его образ способствует этому. У него тысячи ролей, и только некоторые люди знают его настоящего. Если бы родители узнали про нас с братом, во всем бы обвинили его, а такого допустить нельзя. Он и так слишком переживает из-за их отказа от него.
Лиз поддерживал нас с самого начала. Никогда не осуждал. Он, как никто другой, знал, что такое идти против системы, против общества, и нас готовил к этому. И мы были готовы, только отказ от родителей не входил в наши планы. Это он запихал нас в «ПРЯТКИ». Там мы могли быть собой, могли наслаждаться друг другом, не опасаясь быть обнаруженными. В игре вообще собираются не самые обычные люди, которым тяжело жить в обществе. Выигрыш? Да о чем вы? Нам было не до него. Мы пометили каждые кусты. Мы отрывались, отдыхали душой и телом.
Но не бывает все слишком хорошо. И вот теперь мы стоим на чертовом шестнадцатом этаже, в доме, где лифт не работает, а каждая ступенька буквально пропитана нецензурными словами, и смотрим на дверь с надписью «МУДАК», и ниже нее «еще какой». Пока я допинывал наши вещи к двери, Святуська старательно вырисовывал сердечки на свободных местах возле надписей розовым маркером. Не будем отбиваться от стада. Достаю черный маркер и ниже пишу « + ЕЩЕ ДВА» и решительно нажимаю на звонок.
ГЛАВА 2
Стоим, ждем, пока истеричный звонок перестанет ржать. А как он перестанет ржать, если на него постоянно нажимать? Никак. И я так думаю, поэтому держу кнопку на звонке, а то не откроют.
С момента завершения пряток прошла неделя. Мы с братом спалились через несколько дней после финала, когда целовались в подъезде. И темно ведь было, и этаж не наш. Ну надо было родителям в этот день идти в гости? Короче, был скандал. Не просто скандал, а апокалипсис. И мы с братом, да что там, с двумя братьями - главные исчадия ада. Расстроились ли мы? Честно? Нет. Просто мы знали, что так будет, а родители, если любят, примут нас и такими. В общем, пока они выясняли, у кого гены бракованные, мы покидали любимые вещи в сумки и ушли. Просто хлопнули дверью и все. Куда идти, особо не думали. Пошли к Рэю. Раньше он всегда был нам рад. Даже очень.
Вообще, мы с братом любим разнообразить секс, точнее разбавлять его новыми ощущениями и новыми людьми. Была ли ревность? Нет. Он был со мной, и я знал, что он мой. В его глазах я видел то же самое. Нам нравилось разнообразие, и это было полностью взаимно. Мы могли впустить человека в свою постель, но не в душу.
С Рэем мы иногда спали, а иногда просто общались. Он принял нас настоящими, а большего нам и не было нужно. Поэтому сейчас мы стоим, все такие милые и чудесные в четыре часа ночи и давим эту чертову кнопку звонка с самым идиотским сигналом.
Шаги за дверью тяжелые и глухие. Видимо, хозяин помещения чем-то недоволен. В последний момент успеваю дернуть на себя Свята. Дверь распахивается с бешеной скоростью и на нас смотрят четыре глаза. Два - зеленые и злобные, и два - карие и офигевшие.
Пока наши гостеприимные хозяева стоят и втупляют, тяну брата в квартиру, нагло отталкивая плечом Рэя. Бросаю вещи на пол. Разуваюсь, мой клон копирует мои действия. Прохожу мимо огромного кожаного дивана и двигаюсь к дальней двери. Там гостевая комната. Надеюсь, она свободна. Толкаю дверь, ага: темно и пусто. Свят заходит за мной. Уже собираясь закрыть дверь с внутренней стороны, как чувствую, что что-то забыл. Ах да.
- Мы у вас поживем недолго, наверное.
- Наверное, в смысле поживем? – Май отходит первым и даже делает шаг в нашу сторону. Нет, может он и старается казаться злым монстром, но на вид - самая безобидная пуська. Вид помятый, блондинистые волосы взъерошены, из-под простыни выглядывают стройные ноги и следы недавней страсти.
- Наверное - это в смысле недолго.
Рэй перехватывает его поперек груди и закидывает себе на плечо. Бодрым шагом идет к себе в спальню.
Он не задает вопросов, не лезет в душу. Просто так надо. Если захотим - сами все расскажем.
В процессе транспортировки своего груза они теряют простынь.
- Ой, а я попку видел, – ласковым голоском сообщает всем нам Святуся.
