Я не в катере, а на корабле капитана Аольо, в стандартной каюте. Очень оригинальный стиль, его ни с чем не спутаешь. Дроу рядом с со мной — судовой медик, его лицо мне знакомо. Ну хорошо, не лицо, дроу для нас, людей, все очень похожи, но его врачебную униформу и оригинальную стрижку забыть трудновато. Лежу я в медикапе, крышка которого открыта, поэтому и сесть смогла. Плохо мне очень, так плохо не было никогда в жизни. Все тело болит непонятно отчего, голова гудит и кружится, тошнит неимоверно, язык превратился в бревно и не ворочается во рту, НО!!! Я ЖИВА!!!
Медик меж тем сунул мне в руки все тот же поильник:
– Попей, тебе нужно. А потом спать. Проснешься — будешь как новенькая.
Тут до меня дошло, что я здесь одна. На катере нас было много. А они? Мои друзья? Спаслись? Что с ребятами и капитаном?
Сделав несколько глотков, я попыталась задать вопрос, но смогла только тупо замычать.
К счастью парень меня понял:
– Всех спасли, если ты об этом спрашиваешь. Капитан пришел в себя первый и уже командует. Сейчас я ему сообщу, что к тебе вернулось сознание, и он живо сюда прилетит.
Какое счастье! Я допила все из поильника и откинулась на спину. Думать ни о чем не хотелось, мозг отказывался сотрудничать. Хотелось спать, спать, спать...
После этого эпизода я проспала рекордный срок — тридцать семь с половиной часов. Все ребята давно пришли в себя, освободились из медикапов, встали и поели, а я все никак не могла выбраться из объятий Морфея. Эшес неоднократно ко мне заходил, но будить не стал. Я его визитов просто не заметила.
Проснулась сама, видимо, организм решил, что пора кончать это безобразие. Никого рядом не было. Я опрометчиво решила на помощь не звать: сама справлюсь. Ну и дура.
При попытке выбраться из капсулы я со всей дури навернулась на пол. На шум прибежал док. Заругался и помог встать на ноги. Да, без него мне пришлось бы туго: конечности были как вата, даже хуже. Как будто в организме все кости заменили на овсянку. Ходить было нереально, даже держаться крепко не получалось: пальцы стали слабыми и от любого усилия начинали предательски дрожать. Из одежды на мне все еще красовались штаны от той самой пижамки, в которую меня облачили на Мискоре. Грязные и вонючие. Верх отсутствовал полностью.
Дроу проникся этой проблемой и первым делом запихал меня в душ. Стоять я не могла, пришлось меня усадить прямо на пол и поливать из шланга. Сил не было абсолютно: я даже не обратила внимание на то, что меня раздевает и моет чужой мужчина. Это как-то прошло мимо сознания. Зато факт мытья порадовал настолько, что я попыталась что-то сказать.
Док завернул мое многострадальное тело в банную простыню и потащил куда-то на руках. Наверное собирался предъявить как доказательство жизни после смерти. По дороге я все порывалась вырубиться, но все же стоически доехала до кают-компании. Там меня ждала вся спасательная экспедиция.
Капитан Эшес Аольо, его экипаж и наши ребята: Симус, Кайр, Гастон и Фил. Ребята встретили меня аплодисментами и криками ура, у меня же не нашлось сил им ответить. Док усадил мое бренное тело в кресло и оставил там, а я еще раз обвела взглядом всех присутствующих. Мы все спаслись. Все, кроме Рейно.
Накатило осознание и я попыталась заплакать. Именно попыталась: пару раз хлопнула глазами, но не вытекло ни слезинки. Организм отказывался так непроизводительно тратить водные ресурсы. Ребята между тем уставились на меня, не говоря ни слова.
И тут прозвучал голос дровского медикуса:
– Капитан, если вы уже налюбовались на вашу спасенную, я отнесу ее обратно в медикап. Ей еще восстанавливаться и восстанавливаться. Вообще не понимаю, как вы могли подвергнуть таким испытаниям беременную женщину?
– Беременную? Я хотела что-то пискнуть, но мне не дали.
– Беременную. Восемь недель, если я в этом что-то понимаю. Счастье, что организм крепкий, хоть по виду и не скажешь. Но еще неделю я бы ее в медикапе подержал. До высадки.
Док еще что-то вещал, но я обратила внимание: все остальные замолчали. Обычно, когда много человек сидят в одном помещении, они переговариваются друг с другом. Со стороны это производит впечатление легкого гула. Но сейчас все примолкли. В салоне стояла мертвая тишина. Это на них сообщение о моей беременности так подействовало? Ой! Первым нарушил молчание капитан. Адская смесь эмоций в его обычно спокойном и веселом голосе не поддавалась расшифровке.
– Отнеси ее обратно, Дажерр. Мы все убедились, что Ри в порядке, можешь снова поместить ее в капсулу до выздоровления. Посещать, надеюсь, разрешается?
– Естественно, капитан. Когда она не спит, милости прошу.
Он снова подхватил меня на руки и пошел обратно. А у меня случилась новая радость: голосовые связки наконец-то заработали. Плохо, некачественно, но стали мне служить! Первым моим словом стало:
– Почему?
