– … давно присмотрел, – неторопливо рассказываю, отхлёбывая кофе, – и знаете, в память врезалось! Вот так вот, на ровном месте. А потом уже, сильно позже, когда задумался о базе для авиации, вот тогда и торкнуло!
– Дорого? – поинтересовался меркантильный Тома́.
– Не дороже денег, – пожимаю плечами, но видя, что марселец продолжает давить взглядом, нехотя признаюсь:
– Место очень уж удачное! Дорого, да… Долина закрытая, и по земле так просто не подберёшься, а по воздуху – вон он, Дурбан! Чуть больше часа лететь, и на месте. Как база для авиации – идеальное место! Да и…
Широким жестом показываю на строения неподалёку.
– … инфраструктура имеется.
Тома́ хмыкнул, и я понял, что он хотел сказать.
– Мелочь, – киваю согласно, – соорудить такое несложно. Три десятка крепких работящих мужчин, желательно не из кафров, такую усадьбу возведут за месяц, работая от рассвета до заката. А доставить этих самых мужчин? А растительность вырубить? Поля выровнять? Вот так по мелочи и набегает…
– Деньги на время, – покачал головой марселец, уже знакомый с моим принципом, но не вполне с ним согласный.
– Деньги на время, – подтверждаю, приникая губами к кружке, – и такой размен я считаю удачным!
Бывший владелец, престарелый полуграмотный африканер, в голове которого была только Библия, и не иначе как считающий себя одним из Ветхозаветных патриархов (а вонял он уж точно – Ветхозаветно!), решил, будто здесь нашли какие-то полезные ископаемые, и заломил весьма солидную цену за свои владения. Сбить у патриарха удалось немного, и только потому, что места здесь очень уж глухие!
Понимание логистики у местных весьма своеобразно, но всё ж таки имеется. Да и патриарх ещё ребёнком участвовал в Великом Треке, а после, недовольный разом всем на свете, несколько раз менял место дислокации. Объяснять ему, что метафорические полезные ископаемые могут быть сколь угодно велики, но при отсутствии транспортной доступности и необходимости вкладываться в прокладку дорог, цена их является величиной весьма условной, пришлось долго.
Объяснил не без труда, и кажется, старец понял мою покупку как долговременное вложение капитала в перспективное месторождение, которое вот прямо сейчас разрабатывать невыгодно, а вот через несколько десятков лет – вполне. Точнее…
… я очень надеюсь, что он понял мои объяснения именно так!
Собрав многочисленное семейство, патриарх укочевал куда-то, оставив мне большую часть своих стад и нетронутые фруктовые сады. Африка пока ещё безбрежно велика, и нисколечко не сомневаюсь, переехали они в ещё более медвежий угол, коих в этих горах немало.
К тому моменту, когда подали пирог, парни немножечко успокоились, снизив градус разговоров с Мировой Политики до вещей обыденных.
– … не всё так страшно, – рассказываю неторопливо, не забывая отдавать должное сладкому пирогу, запивая его литрами кофе, – Аэропланы новые, мы с Санькой их недавно начали осваивать. Отчасти, именно поэтому такие умотанные, как вы видели – самим всё в новинку. Уже могём кое-что, но умственное напряжение на каждом вираже – страшенное! Ну и физическое, канешно, но это так… проще привыкнуть.
– Угу, – закивал тот, и проглотив кусок пирога, поспешил добавить, – элементы пилотажа без стабилизаторов мы ещё летом отработали, в морском походе, а в полной мере – здеся уже! Нервенно – страсть! Иньше летадла чувствуется, не как раньше. Всё время настороже нужно быть, чтоб ошибок не наделать.
– Отдельные части фюзеляжа ещё испытывали, узлы и агрегаты механизации, – занудно поправляю я, не без труда подавив желание сделать выговор за «нервенно» и «здеся», ибо и сам не без греха, да и велик ли грех? Вся Россия так говорит, – А так да! Модель новая, по сути экспериментальная, вот мы с Саней его и испытывали. Кое-какие мелочи по ходу правим, ну и…
Пожимаю плечами, не сразу подбирая слова.
– … научились кое-чему. Следующие пару недель будем летать, летать и летать! Фаза завершающих испытаний и освоения новой техники.
– Аэропланы второго поколения, – важно добавил Санька и облизал кофейную ложечку.
В глазах пилотов – счастье. Летать! Освоение новой техники! Аэропланы второго поколения!
Проснулся циничный и язвительный Второй-Я, пробубнив что-то ехидное и не сразу понятное. Дескать, бабий пол в таком настроении даст и на кактусе, и будь Я/Мы/Они хоть сколько-нибудь содомитами…
– … подавился? – участливо осведомился брат, – Што ж ты как неаккуратно, ажно через нос кофий пошёл!
– Ажно кофий, – не выдержал я, срываясь на нём за собственные же дурные мысли, – дярёвня!
– Агась! – солнечно улыбнулся брат, гася конфликт в самом начале. Ну вот как с ним, а? Даже не поругаешься! И…
… а, вот оно что? Поглядев на излишне безмятежного Чижа, выпятившего деревенскую дурнинку, я понял – издевается, паразит этакий! Слишком уж глаза простодушные, хотя чего-чего, а простоты в нём…
– Я слишком пафосен? – спрашиваю почти беззвучно, одними губами.
– Агась… – еле слышно ответил брат, и улыбнулся!
После обеда вводили новоприбывших в курс дела, знакомя пилотов с базой и собственно персоналом.
