— Нас ведь и так впереди неотвратимо ждет большое горе, — сказал Закир, быстро наполняя стаканы. — Это смерти наших родных и близких. Что ж теперь забивать голову такими мыслями. Лучше действуй по принципу, — добавил он бесшабашно, — Пока живешь — живи. А там видно будет.
— Это же глупо, — серьезно заметил Коурис.
— А в этом вопросе вообще, по-моему, еще ничего умного не придумали, — то же серьезно ответил Закир, пожав плечами и ставя бутылку на стол. — И вообще, сумбура у тебя еще много в голове. Мысли надо хоть как-то упорядочить, разложить по полочкам, разобраться в них, в конце-концов.
— Вот-вот, — повторил Густав, протягивая руку за своим стаканом. — Все мы живем в одной большой комнате смертников.
— А вот и мы! — с порога произнесла Алла.
Мужчины застыли с наполненными стаканами в руках, отходя от прошедшего разговора.
Ники, с хмурым лицом, ни на кого не глядя, подошла к столу, взяла ближайший стакан с водкой, только что быстро наполненный Закиром, решительно выпила. Села на свободный стул.
— Ты нас извини, дураков, — глядя на Ники виноватыми глазами искренне проговорил Закир, протягивая ей половинку толстого колбасного батона. — На вот, стукни.
Он покорно склонил голову, глядя на нее из под ресниц. Девушка посмотрела на колбасу, на честные глаза Закира и вдруг прыснула, толкнув Закира в грудь.
— Да ну вас, обормотов, — сказала она, послушно пересев на его коленки.
Алла снова включила музыку — тишина ее раздражала. Тот час над видеофоном снова возникло трехмерное изображение выступающих. Зазвучала старинная песня. Надрывалась женщина, имя которой давно уже затерялось в веках. Закир вдруг посерьезнел, слушал задумчиво.
— Ты что это? — насмешливо улыбаясь, спросила Ники, наклоняясь к нему.
— Сильная песня, — произнес он, не обратив внимание на интонацию вопроса. — Особенно это: Мы наденем белые одежды…
— И что? — округлила глаза девушка, которая перестала обижаться и которой уже хотелось веселиться.
— У нас, в спецназе, — серьезно, без тени улыбки, пояснил Закир, — белые одежды означают твой самый последний день. «Завтра» у тебя уже точно не будет. На сто процентов.
— Песня ведь не про это, — удивилась девушка, перестав улыбаться.
— Я знаю, — ответил он, положив руку ей на коленки.
— Я смотрю, ты становишься мудрее, — удивленно заметила Ники, позволяя Закиру небрежно поглаживать свое колено.
— Аэций, зараза, разбередил мне душу, — в сердцах пробормотал тот расстроенно.
— Дамы приглашают кавалеров! — вдруг громко провозгласила Алла, стараясь перебить все остальные пожелания и предложения, и которой надоело стоять в одиночестве у видеофона.
— А водка?! — удивленно воскликнул Закир.
Но Алла уже решительно направилась к Сергею. Он непроизвольно встал, вспомнив события двухгодичной давности, когда он пытался сблизиться с ней, и тот конфузный финал, который из всего этого получился. А потом он вспомнил другую Аллу — с космической базы, обуреваемую старческими болезнями, и так и оставшуюся по жизни в полном одиночестве, без семьи. И девушку снова стало жалко.
— Шеф, я вас приглашаю, — низким грудным голосом произнесла она, приблизившись к Сергею и скромно потупив глаза. — Не возражаете?
— Нет, конечно, — поспешно сказал он, протягивая руки.
Она спокойно вывела его из-за стола, мягко опустила руки ему на плечи. Какое-то время внимательно смотрела на своего партнера затуманенным взглядом. А изображение кружащейся пары то и дело проплывало сквозь них.
— Серж, — вдруг тихо сказала она, готовая вот-вот расплакаться. — У меня мурашки по коже. Как же все это? Что же вы со мной делаете?
Он непроизвольно прижал ее к себе, в этот момент Закир выключил свет, и Алла страстно обвила шею Сергея.
— Ты — очень хорошая девушка, — прошептал он ей на ухо. — Просто замечательная. Тебе бы встретить хорошего мужчину…
— Где же его найти? — еще более низким голосом прошептала она в ответ. — Вы знаете такое место?
— Алла, ты пойми, — в ответ зашептал он, сильнее прижимая ее к себе. — Не в местах дело. — Ему ярко вспомнился откровенный рассказ его партнерши о своей жизни. Тот, что произошел на космической базе, тем более что он случился совсем недавно — каких-то несколько дней назад.
Музыка неожиданно закончилась, но он держал Аллу в своих объятиях, собираясь продолжить этот невеселый разговор. Да и она не убирала своих рук с его плеч, печально глядя куда-то в район его воротниковых застёжек. Ему казалось, что он многое должен ей сказать важного, предостеречь ее от чего-то. Но нужные, правильные слова, которые она сразу же поймет, никак не находились.
Заиграла другая композиция — более быстрая. И он очнулся.
— Шеф, еще танец? — прошептала Алла, просительно заглядывая ему в глаза.
Но он отрицательно покачал головой, убирая руки.
— Извини, я за эти дни так набегался… Ты даже и не представляешь. Я лучше посижу, издалека полюбуюсь.
Сергей сел за стол. Молодежь радостно прыгала. И Алла среди них танцевала очень красиво, гибко, грациозно, волнующе. И на Сергея она совсем не смотрела, но он понимал — она чувствует его взгляд.
