— Нет, ей больничное лечение в толк не идёт, — вздохнул и Митрофан сочувственно. — Так и тает на глазах девка… Она сиделку измучила разговорами о смерти и всякой ерунде потусторонней. Я, конечно, мало верю в колдовство, но… Начинаю думать, что её или сглазили, или на неё порчу наслали!
— А что, всё может быть, — согласился Кузьма, вздыхая. — Не помнит она ничего, вот что плохо. Может быть, в том и кроется болезнь её?
— Ладно, оставим это, — сказал решительно Бурматов. — Делом заниматься давай. Я знаю, кто Алсу вылечит. Как только торжества закончатся, мы её в тайгу увезём.
— К Яшке-буряту? — догадался Кузьма.
— К нему, — кивнул утвердительно Митрофан. — Этот «лесной профессор» один, как я лично убедился, десятка, а может, и сотни докторов стоит!
Пару минут они молчали, погружённый каждый в свои мысли, но потом…
— Скажи, а Шмель давно выпала из поля видимости контрразведки? — неожиданно поинтересовался Малов, даже не удостоив взглядом собеседника.
— Давно, — нехотя ответил Бурматов. — Когда вы с Семёновым уехали из города и вдарили морозы… Неожиданно для нас она как в воду канула!
— А может, её в живых уже нет?
— Всё может быть, но… Жива эта стерва, и где-то рядом она! Шмель готовится застрелить атамана, поверь мне, и она тщательно к этому готовится!
— Хорошо, пусть будет по-твоему, тебе виднее, — согласился Кузьма. — Сделаем так, как ты хочешь. А не проще было бы захватить Шмель заранее, и…
— Господи, ну помолчи ты наконец! — взмолился Митрофан. — Мне уже все мозги этим советом раздолбали! Я уже всем, и тебе в том числе, не раз разъяснял русским языком, для чего всё это понадобилось.
— Да, помню… Забавы и скуки ради, — ухмыльнулся Кузьма. — А тебе не кажется, что ради своих чёртовых амбиций ты рискуешь жизнью атамана Семёнова?
— Тс-с-с, чего орёшь, как большевик на митинге? — быстро осмотревшись, перешёл на шёпот Митрофан. — Иначе нам обоим не поздоровится.
— Ты не имеешь права ставить свои интересы выше государственных! — огрызнулся Кузьма.
— Ух ты! — Митрофан неожиданно расхохотался. — А ты не изменился, господин судебный пристав Малов, и это радует!
— А я и не собираюсь меняться, — покачал головой Кузьма. — Я всегда добросовестно отношусь к своим обязанностям, и не важно, кем они на меня возложены!
— Ладно, будь по-твоему, признаюсь честно, — отводя Малова в угол, заговорил с видом заговорщика Бурматов. — Я бы с радостью отказался от тех амбиций, о которых ты говоришь, и с удовольствием арестовал бы «шмелиху» заранее, если бы только знал, где её ловить! Сейчас я уже не контролирую ситуацию и… Не могу пока тебе сказать почему.
— Хорошо, я тебе верю, — встряхнув, как конь, головой, сказал Кузьма. — А твой план? Он остаётся без изменений?
Митрофан пожал неопределённо плечами.
— Знаешь, и об этом я тебе сказать пока не могу, — сказал он задумчиво. — Все уточнения получишь рано утром в день торжеств.
— Тогда там и встретимся? — собираясь уходить, спросил Кузьма.
— Если бы ты только знал, с каким тяжёлым сердцем я жду этого дня, — посетовал Бурматов напоследок. — Не дай бог, что с атаманом случится, тогда…
— Тогда не сносить тебе головы, — усмехнулся Кузьма. — Ладно, рад был повидать тебя, господин штабс-капитан. Желаю тебе, как всегда, выбраться сухим из воды. Не буду учить, как это сделать, ты и без меня знаешь.
— Раз на раз не приходится, — вздохнул Митрофан, — Но будем надеяться, что всё у нас получится и беда обойдёт стороной…
Маргарита временно выпала из борьбы по не зависящим от нее обстоятельствам. Явившийся к ней поздней осенью Стёпка Пирогов обрадовал тем, что отряд Лаврова жив и снова в тайге, полный решимости действовать.
— Так вас же загнали в болота и всех уничтожили? — недоверчиво глядя на него, спросила Маргарита. — Весь город гудел, что погиб!
— Лживая белогвардейская пропаганда, — усмехнулся Стёпка. — Да, потрепали нас семёновцы очень крепко. Больше половины отряда полегло костьми, но… Откуда-то, как в сказке, бурят старый появился и провёл нас, тех, кто жив остался, через болота. Добравшись до безопасного места, мы немного отлежались, пришли в себя и поближе к дому вернулись. А теперь вот командир прислал меня к тебе с ответственным заданием!
— Да, тебя я вижу перед собой, — улыбнулась она. — Только ты мокрый, как курёнок, а одежда сухая?
— Это я так в город пробирался, — вздохнул юноша. — Семёновцы добротно все подступы к Верхнеудинску охраняют, что муха не пролетит. Вот и пришлось по реке добираться. Чуть-чуть не утонул, ей-богу!
Поужинав, Стёпка передал Маргарите слово в слово поручение командира. А когда он стал крутить головой, подыскивая местечко для сна, «товарищ Шмель» строгим окриком пробудила его.
— Эй, чудило лесное! А всё ли ты мне рассказал? Ничего не позабыл?
— Конечно нет, — стряхнув с себя дремоту, ответил Стёпка. — Всё до копеечки передал, слово в слово!
— А когда обратно собираешься?
— Когда ты на то дозволение дашь, товарищ Шмель.
— А я не знаю, когда тебе его дам, — нахмурилась Маргарита. — Все поручения командира выполнить не так уж и просто.
