Из естественного отверстия в отвесной стене плато открывался вид на холмы и раскинувшуюся внизу долину. Путники стояли у проема и смотрели на отвратительную Язву вдали.
День клонился к вечеру, и солнце превратилось в размытое красное пятно на горизонте. Никки видела опустошение, волнами распространяющееся из далекой центральной точки.
— Когда-то долина была прекрасна, — вздохнул Саймон. — Была зеленым, безмятежным раем. А потом Поглотитель жизни все уничтожил.
Преисполненная решимости Никки нахмурилась.
— До того, как сразиться с Поглотителем жизни, мы должны узнать, кто он такой и где черпает свою силу. Откуда он пришел?
Саймон вздохнул.
— Он был одним из самых амбициозных ученых Твердыни, и звали его Роланд.
Бэннон не мог отвести взгляда от запустения.
— Это сделал один из ваших людей?
— Непреднамеренно, — сказала Виктория, словно защищала этого человека. — Это был несчастный случай. Я тогда была зрелой замужней женщиной-ученым. Роланд был одним из первых чужаков, приглашенных после того, как я рассеяла маскирующий саван, и долгое время изучал архивы.
— Роланда уважали, — со вздохом заметил Саймон. — Я хотел походить на него — все хотели. Он был первым ученым-архивариусом Твердыни, но даже величайшие ученые подвержены человеческим слабостям. — Мужчина покачал головой. — Роланд не был стариком, но страдал от ужасной изнурительной болезни, которая ослабила и истощила его. Опухоли внутри его тела росли, словно змеи. Лучшие наши целители были бессильны против этой заразы.
Виктория подхватила рассказ:
— Слабеющий Роланд терпел страшные муки и знал, что скоро умрет. Мы все это понимали. Его глаза запали, щеки ввалились, руки дрожали. У него был великий ум, и все мы были опечалены, что потеряем его. Нам казалось, что ничего нельзя сделать. Но Роланд не смирился со своей немощью и не сдался. Он боялся смерти и поэтому поклялся спасти себя любой ценой. Роланд говорил, что у него здесь слишком много работы. — Виктория тяжело сглотнула. — Он задавал вопросы, пытаясь найти кого-то с необходимым ему знанием. Изучал свитки и книги, отчаянно выискивая то, что даст ему силы бороться с болезнью. Он обнаружил заклинание, и весьма опасное, которое могло позволить ему впитать жизненную энергию и выжить. Один из моих помнящих нашел заклинание в своей памяти — по крайней мере, часть его — и дал Роланду ключ к поиску в неклассифицированных архивах. Он знал, что это неразумно, но никому ничего не сказал. Чувствуя приближение смерти, он безо всяких колебаний применил заклинание жизненной энергии, хотя едва ли понимал, что делает. Он привязал заклинание к себе, чтобы позаимствовать частички энергии из окружающего мира и восстановить свое больное тело. — Виктория сжала губы так крепко, что они побелели. — Это сработало. Роланд был слаб и худ, находился на грани смерти… но снова окреп. Заклинание сотворило чудо, вернув ему здоровье. Я помню, как увидела его. — Выражение ее лица стало еще тревожнее. — Но Роланд не знал, как остановиться, не мог себя контролировать.
— Я помню те дни нарастающего страха, — перебил ее Саймон. — Я тогда только прибыл сюда в качестве ученика. Роланд чувствовал себя виноватым и был напуган происходящим с ним — и тем, что он делал с другими. Он высасывал все больше жизни из своего окружения, даже если не хотел этого. Мы пытались ему помочь. Его друзья наперебой предлагали помощь в решении этой проблемы, но всякий коснувшийся Роланда умирал. Он крал их жизни и поглощал. Мы все начали слабеть.
— Он убил моего мужа, — сказала Виктория. — Чтобы защитить нас от самого себя, Роланд покинул Твердыню. Не имея возможности контролировать призванную магию, он убежал в самую глушь долины, подальше от городов… хотя, как оказалось, не достаточно далеко. Роланд надеялся дожить там свои дни, никому не вредя. Но заклинание Поглотителя жизни, неудержимое и ненасытное, продолжало действовать. Роланд был похож на губку, впитывавшую жизнь из окружавших лесов и лугов. Само его присутствие убивало деревья и осушало реки. Опустошение вокруг его логова стало постоянно растущей Язвой. Он уничтожал пахотные земли и стирал целые города. — Женщина выпрямилась и вытерла ладонью глаза. — Роланд не хотел этого.
Никки подумала о семье Чертополох и о Верденовых родниках, жители которых цеплялись за свою непростую жизнь, а потом погибли.
— Его намерения не имеют значения. Подумайте, что натворил этот человек. Его нужно остановить, иначе пропасть его бездонной магии поглотит весь мир.
Ей ответил Саймон:
— Ученые Твердыни уже много лет изучают книги, пытаясь отыскать какое-либо смягчающее заклинание. Но никто не смог найти даже намека на него.
На мертвую долину опустилась ночь, а Натан все смотрел на Язву, следя за движением теней.
— Я и не ожидал, что вы знаете, как остановить такого могущественного врага. Все вы неподготовленные волшебники. Вы читали книги, но никогда не учились у волшебника и не доказывали своих способностей. Ах, хотел бы я, чтобы здесь была аббатиса Верна. Она помогла бы вам. Нельзя доверять непроверенным заклинаниям.
