Если есть новые сообщения от Дома – а они, конечно, есть, – она просто продолжит его игнорировать. С Домом она разберется после того, как помирится с Саймоном. На вечеринке. До вечеринки все еще несколько дней. Если она принималась подсчитывать дни, тут же поднималась паника. Лучше просто попытаться придумать, каким будет сегодняшний день. Что Алекс будет делать сегодня вечером. Ограничить временной диапазон.
Мальчик все еще трудился над своим мороженым. Заметив, что Алекс за ним наблюдает, он прервался.
– А ты хорошая взрослая?
Хорошая ли она? Выглядел он не слишком обеспокоенным.
– Я вообще не взрослая. – Алекс отложила телефон. – Как тебе мороженое?
Он пожал плечами. Немного мороженого растеклось по его руке и высохло, из-за чего кожа в этом месте выглядела как искусственная.
– Мне нужно пописать, – заявил он.
Телефон звякнул. Алекс поняла, что новые сообщения сумели прорваться на ее телефон, но вряд ли она успеет их прочесть до того, как телефон снова сдохнет.
– Тогда иди в туалет, – сказала она, – а я подожду тебя здесь.
И тут же подумала, что это прекрасная возможность с ним расстаться. Мальчик сможет вернуться к няне. А она попытается разобраться с телефоном. И с планами на остаток дня.
– Пойдем со мной? – Мальчик одной рукой потирал между ног, а в другой так и держал остатки мороженого. – Пожалуйста?
Женский туалет был хорошо укомплектован: на стойке бутылочка ополаскивателя для полости рта, тампоны, баночка ватных палочек. Алекс плеснула в рот ополаскиватель из бумажного стаканчика и сплюнула в раковину. Язык защипало от ментола. Кабинки были пусты, но кто-то оставил под раковиной сумку-тоут. Алекс приоткрыла сумку ногой. Разглядела внутри полосатую толстовку и три тюбика помады, явно гигиенической.
Мальчик уже закончил. Он выжидательно остановился у раковины.
– Разве мне не надо помыть руки?
– Конечно.
Алекс подталкивала сумку. Пыталась определить, есть ли в ней кошелек. Во всяком случае, что-то тяжелое. Она присела на корточки и пошарила на дне сумки. В зажиме для денег удостоверение личности, кредитка, рождественская подарочная карта
Алекс подумала, что кредитка могла бы ей пригодиться, если только для нее не требовался пин-код или адрес, да и как скоро владелица заметит списания? Ей хотелось забрать все, что было в зажиме, но лучше соблюдать сдержанность. Всегда. Разве другие девушки не учили ее этому? Никогда не бери столько, чтобы ты не смогла позвонить парню снова, никогда не обдирай его до такой степени, чтобы он полностью разорвал отношения. Она выяснила, что большинство людей устраивает, что их обманывают в малых дозах. Они, похоже, даже ожидают определенной доли обмана, допускают приемлемый уровень манипуляций.
– Хочу в бассейн, – сказал мальчик. – Давай поплаваем наперегонки.
Она уже взяла два полтинника и серебряную заколку и опустила в карман, но, прежде чем успела решить, забирать кредитку или нет, дверь кабинки открылась. Алекс выпрямилась. Ногой задвинула сумку на прежнее место. К тому моменту, как женщина вышла из кабинки, Алекс тщательно вытирала руки бумажным полотенцем.
Блондинка, голубоглазая, зубы белые, но не совсем ровные. Одета в регбийку и свободные хлопковые капри.
Ее взгляд зашарил вокруг и остановился на сумке.
– Слава богу.
Когда она нагнулась, чтобы поднять ее, Алекс потянула мальчика к выходу. Но спешить было незачем – женщине, похоже, даже в голову не пришло проверить, на месте ли содержимое ее сумки. Безопасность тут принималась как данность. Женщина улыбнулась Алекс в зеркале. Алекс улыбнулась в ответ.
Кредитку она не взяла, как и зажим для денег, и кто заметит пропажу двух полтинников или жалкой серебряной заколки среди всего этого вороха вещей? Вселенная на ее стороне. Или ее защитила компания мальчика. Для беспокойства не было никаких причин, и, как это часто случалось, страх тут же сменился возбуждением – воспоминания о страхе улетучивались всегда быстро, оставалось лишь только понимание, что страх может вернуться, но когда кого это останавливало?
Вода была бодрящей, но хлорированной – оказалось, что бассейн не с морской водой. Алекс окунулась с головой и вынырнула. Вытерла лицо. Мальчик, двумя руками ухватившись за бортик, бешено дрыгал ногами.
– Смотри на меня! – крикнул он. – Смотришь?
Еще одно пиво, заказанное бармену, прибыло в пластиковом стаканчике. Алекс оперлась локтями о край бассейна. В глубокой части бассейна двое подростков-мажоров сканировали публику взглядами ящериц.
Солнце выглянуло из-за облаков. День выдался неплохой, особенно приятно было в воде; мальчик всем своим смехотворным весом повис на ней, пока она таскала его от одного края бассейна к другому.
– Я малыш, – сказал Кельвин. – Ты мама. Ты меня забираешь.
– Путешествие. Звучит здорово, – отозвалась она. – Куда мы направляемся?
– Ты знаешь. Я не знаю. Ты же мама.
– Может, под воду?
Мальчик как будто одновременно испугался и обрадовался.