Под тонкой кожей опущенных век Маргарет Алекс видела крошечные змейки голубых вен, слабое животное подергивание глазных яблок.
Сначала Алекс нанесла на веки Маргарет тональную основу. Затем поблескивающие светлые тени. Хитрость заключалась в том, чтобы нанести их и под нижние ресницы, стараясь подчеркнуть весь глаз. Сколько видео Алекс посмотрела в интернете, чтобы этому научиться, сколько часов потратила на наблюдение за другими девушками – девушками, которые жили с ней в той ужасной квартире, пекли оладьи поздно ночью и плакали по далеким мамам; девушками, которые отрывались от нанесения макияжа, чтобы аккуратно затянуться косяком, ожидающим в пепельнице. Они всегда садились у окна, где лучше ловила связь. Они носили худи поверх обтягивающих платьев, и у них не было чемоданов. Алекс знала, что некоторые девушки, околачивавшиеся поблизости, были очень молоды. Но она и сама была молода. Иногда разница составляла пару лет. Точно сказать было невозможно. Алекс не задавала вопросов; она варила им кофе и всегда держала свою дверь закрытой. Слыша, как кто-то из них рыдает по телефону, Алекс оказывала девушке любезность (по крайней мере, так ей тогда казалось) и не лезла к ней.
Алекс использовала другую кисточку, чтобы нанести вдоль линии ресниц Маргарет асфальтовые тени.
Сейчас Маргарет выглядела особенно беззащитной. Глаза закрыты, лицо запрокинуто. Как будто она готова позволить Алекс делать с ней все что угодно.
Со стола на Алекс смотрела фотография в рамке: Маргарет, близнецы и их мать сидели на коряге. Все босиком, от улыбок веет искусственной жизнерадостностью.
– А как насчет тебя? – спросила Алекс. – У тебя есть парень?
– Нет, – ответила Маргарет. – Раньше я кое с кем встречалась, но сейчас нет.
Алекс нашла самую большую кисть и распушила ее о ладонь.
– Можешь изобразить поцелуйчик?
Маргарет с готовностью выполняла любые указания, она сложила губы бантиком, втянув щеки. Хотя Алекс уже закончила красить ей глаза, Маргарет так и не открыла их.
Алекс видела, что Маргарет не очень-то счастлива.
– Идеально, – сказала Алекс и нанесла бронзер под скулы и вдоль линии роста волос.
– Можно посмотреть? – попросила Маргарет, открыв глаза.
– Я только начала, – сказала Алекс.
– Дай мне только взглянуть на секунду, – сказала Маргарет. – Я хочу посмотреть.
Проигнорировав зеркало на туалетном столике, Маргарет посмотрела на себя в камеру телефона. Ее лицо на экране качнулось.
– Круто, – сказала Маргарет, вертя головой из стороны в сторону. – Прямо офигеть как круто. Подожди, смотри.
Маргарет нажала на кнопку, и внезапно ее кожа на экране телефона стала идеальной, словно осветилась изнутри, а белки глаз вдруг сделались очень белыми и неестественно засияли.
– Иди ко мне, – предложила Маргарет, – давай сфоткаемся.
Алекс замялась.
– Ну давай.
– Ненавижу фотографироваться, – сказала Алекс.
– Серьезно, давай. Всего разок.
Алекс не хотела жалеть Маргарет или видеть мольбу на ее лице. Она наклонилась и прижалась щекой к щеке Маргарет. На экране они обе выглядели неестественно и странно: лица разгладились, глаза сверкали. Алекс рассматривала незнакомую версию себя. Этот новый аватар был невероятно притягательным.
Она сама себе казалась обновленной, как будто и не было последнего отрезка в ее жизни, как будто все можно было запросто стереть и начать заново. Выглядела ли она когда-нибудь на самом деле такой чистой, свежей и невинной?
Но когда фильтр отключился, стало даже хуже прежнего. Вот ее настоящее лицо. В излишних подробностях. Между бровями появилась легкая складочка, которую она раньше не замечала. Морщина? Алекс отпрянула из кадра.
Маргарет с несчастным видом изучала фотографию, увеличивая масштаб.
– Ты получилась так хорошо. – Маргарет высунула язык. – А я так паршиво.
– Неправда. Ты отлично выглядишь. Мне нравится этот свитер.
Маргарет опустила глаза.
– Можешь забрать его себе, если хочешь.
Алекс улыбнулась.
– Я серьезно. – Маргарет высвободила руки из свитера. – Возьми, мне он даже не нравится.
– Не стану я брать твой свитер.
– Серьезно, мне он не нужен. Возьми.
Маргарет бросила ей пушистый свитер – он был теплым.
– Что ж. – Алекс положила свитер поверх своей сумки. – Спасибо, наверное.
– Хочешь, пришлю тебе фотографию? – предложила Маргарет.
– Не надо.
Вид у Маргарет стал обиженный.
– То есть, конечно, хорошо бы. Но мой телефон практически сдох, – быстро добавила Алекс.
Похоже, этого объяснения оказалось достаточно. Пробуя разные помады на тыльной стороне ладони, Алекс смотрела, как Маргарет выкладывает фотографию в Сеть.
Маргарет обновила страницу в ожидании «лайка», которого не последовало. Она снова обновила страницу.
Внезапно все это стало слишком грустно: Маргарет и ее телефон, пудра на щеках Маргарет, припорошившая светлый пушок. Пушок был побочным эффектом голодания – Алекс доводилось жить с профессиональными анорексичками из Восточной Европы, рацион которых состоял из попкорна и крошечных болгарских перцев.
Маргарет снова увеличила фотографию.
– Ты очень красивая, – сказала Маргарет, скользнув взглядом по Алекс, и криво улыбнулась.