Она моргнула и села. Кричала женщина на ближайшем пледе, одной рукой держа черного пса за ошейник. Мужчина рядом с ней пытался защитить содержимое плетеной корзины – судя по всему, пес уже добрался до еды и рассыпал чечевичный салат.
– Ваш пес, – сказала женщина. – Вы можете подозвать своего пса?
Алекс огляделась по сторонам.
– Он не мой.
– Что?
– Я не знаю, чей это пес.
Женщина громко рассмеялась.
– Мы видели его с вами.
– Я не… Он не мой.
Женщина вышла из себя, ее притворная веселость испарилась.
– Вы не могли бы просто следить за свой собакой?
Алекс почувствовала, что их препирательства привлекают внимание. Она постаралась придать лицу непринужденное выражение.
– Ну, я помогу, но…
Алекс встала и направилась к их пледу. Женщина подтолкнула к ней пса за ошейник.
– Он правда не мой, – сказала Алекс.
В кои-то веки она не лгала. Это вдруг показалось важным.
Женщина отряхнула свои белые шорты и заправила волосы за уши.
– Ладно, – сказала она, глянув на мужчину. – Конечно. Ладно.
Джек был весь мокрый. Нос обгорел на солнце докрасна.
– Чей пес?
– Похоже, что мой, – ответила Алекс. – Он просто пришел.
Джек наклонился и почесал пса за ушами.
– Хороший мальчик. Ты хороший мальчик. – Он рассмотрел бирку на ошейнике.
– Позвоним? – предложила Алекс.
Джек пожал плечами:
– У меня здесь не ловит. И за ним наверняка кто-нибудь придет. – Он завернулся в полотенце, сел и притянул пса к себе. – Он еще совсем малыш, да? Ты малыш.
Джек позволил псу лизнуть себя в губы.
– Я ему нравлюсь, – рассмеялся он, обхватив пса мокрыми руками.
Еще час на песке, термос давно опустел, солнце садилось, и ни один из них ни словом не обмолвился о том, чтобы позвонить по номеру телефона, указанному на ошейнике. Никто так и не остановился у их полотенца, никто не забрал пса. А потом опустились сумерки, воздух наполнился невидимой мошкарой. На Джека напала зевота. Он высыпал в рот последние крошки из упаковки крекеров, скомкал пластик.
– Хочу настоящей еды, – сказал он.
– А как быть с собакой? – спросила Алекс.
Джек посмотрел на пса.
– Если бы хозяева о нем волновались, то наверняка уже нашли бы, да? Давай просто оставим его себе.
Алекс подняла брови.
– На эту ночь. А утром позвоним. Давай, с ним будет весело.
Она посмотрела на пса, обвела взглядом опустевший пляж. Хотя ей-то какая разница? К тому времени, когда придется принимать какое-то настоящее решение, она уже будет у Саймона.
Оба слегка навеселе, они покатили обратно, пес бежал следом. Солнце опустилось так низко, что солнечные очки были им не нужны. В воздухе стоял комариный писк; на каждом крыльце зажегся свет, машины ехали с включенными фарами, хотя небо еще было светлым.
– Я знаю, где мы, – вдруг сказала Алекс.
Они находились не так уж далеко от дома Саймона. Огороженный участок, подъездная дорожка, выложенная гладкими серыми камнями. Саймон прятался где-то внутри, в прохладных и пустых комнатах дома. Он обрадуется ее появлению. На вечеринке. Ведь правда?
– Рядом живет мой друг.
– Кто?
Джек оглянулся на нее. И зачем она упомянула о Саймоне? Она отвела глаза.
– Просто давний знакомый. Очень давний.
Пес ждал в сторонке.
– Ему нужна вода, – сказала Алекс. – И чем мы будем его кормить?
– Я с этим разберусь.
Пес подобрался ближе, обнюхал протянутую руку Джека, ткнулся в нее носом.
– Мы ему нравимся, – объявил Джек. – Он мог бы просто убежать, если бы захотел, но не убежал.
Джек поехал дальше, пес побежал рядом с его велосипедом.
– Видишь? – крикнул Джек через плечо.
Алекс последовала за ним, стараясь не отставать. Джек тяжело дышал, казалось, его распирает радость. Алекс вдруг тоже ощутила радость. Чем дальше они удалялись от пляжа, тем забавнее казалось неожиданное появление пса, что с беззаботной веселостью несется рядом – словно он посланец из другого, счастливого мира.
– Это твой новый дом, – сказал Джек, пока пес изучал каждый уголок их пристанища у бассейна. Диван. Мусор на кухне. – Ему здесь нравится. Это видно, – сказал Джек. – Сиддхартха говорит, что медитация приводит в животное состояние. Себя он сравнивал с шакалом. Ну, в книге. Это же собака такая, да?
– Давай дадим ему воды. – Алекс наполнила водой миску.
Как только она поставила миску на пол, пес налетел на нее и опрокинул. Алекс бросила на лужицу бумажное полотенце. Снова наполнила миску водой.
Джек порылся в шкафчике.
– Что бы ему дать? Эй, собакен? Что ты хочешь на ужин? – Он достал замороженную пиццу. – Собакам же можно пиццу?
Пока Алекс включала духовку и доставала противень, покрытый коркой пригоревшей еды, Джек налил два стакана текилы и бросил в каждый по горсти льда.
– Тридцать минут, – прочитал он на коробке от пиццы. Он протянул ей стакан.
Пес наблюдал за происходящим в позе сфинкса – вытянув передние лапы и подняв голову. Джек настоял на том, чтобы попытаться разобраться с телефоном Алекс, – и сейчас телефон лежал в пакете с прогорклым рисом.
Джек выпил, вытер рот.
– Не хочу возвращаться в город, – сказал он.