Однако вскоре после этих событий положение изменилось. В Эламе стала править новая династия. Ее основателем позднейшие документы считают некоего Игехалки. Вероятно, как и в начале царствования Эпартидов, династия Игехалкидов утвердилась лишь при (очевидно, старшем) сыне-основателе династии. Это был Пахиришшан I, царствовавший, по-видимому, с 1330 по 1310 г.
Единственным источником, проливающим свет на личность паря Пахиришшана, является надпись на стеле, которую царь Шутрук-Наххунте велел торжественно доставить через 150 лет в Сузы и здесь же надписать. К сожалению, надпись сильно повреждена и, кроме того, малопонятна. Она называет Пахиришшана, если это место мною правильно истолковано, правителем, «который восстановил свободу Элама». Пахиришшан, как и прежде верховные правители Сивепалархухпак и Палаишшан, завоевал (для нас еще не установленную) добычу. Пахиришшап запрятал эту добычу в Аяхитеке, т.е. там, где Шутрук-Наххунте нашел стелу. Судя по этому, Аяхитек был, по-видимому, родовым имением новой династии Игехалкидов. Я предполагаю, что оно примыкало к граничащей на востоке Сузианы горной стране Аншан, точнее, было расположено в районе Исфагана.
Наследником Пахиришшана стал в соответствии с законом наследования его младший брат Аттаркиттах, правивший примерно с 1310 до 1300 г. И ему досталась богатая добыча, однако, как утверждает надпись, он хранил ее уже не в Аяхитеке, а в Сузах, в храме бога Иншушинака. И действительно, французские археологи нашли в этом храме два боевых топора, пожертвованные Аттаркиттахом. На одном из них он называет себя «царем Аншана и Суз». Со времен Эларти и Шилхахи, т.е. лишь через полтысячелетие после них, впервые снова появляется этот первоначальный эламский царский титул. С этого времени он фигурирует в актах почти всех правителей Среднеэламекого периода Элама.
За Аттаркиттахом следовал (примерно около 1300 г. до н.э.) его сын Хумпануммена. Он слыл среди потомков великим представителем династии Игехалкидов, ведь недаром его прародителем был прославленный Шилхаха. Примечательно, что единственный эламский памятник, сохранившийся о Хумпануммене, происходит не из Суз, а из Линна, т.е. из сегодняшнего Бушира у Персидского залива. Значит, центр власти Игехалкидов находился уже не на севере Сузианы, как при прежних династиях, а на востоке и юго-востоке.
В Линне Хумпануммена воздвиг храм «великой богине». В своей надписи он обращается как к богу Хум- пану и богине Киририше, так и к «благодетельным богам Лияна». Затем царь продолжает: «Я. Хумпануммена, сын Аттаркиттаха, раздвинувший границы царства, властелин Элама, обладатель трона Элама, правитель Элама, царь Аншана и Суз». Следующее предложение заставляет насторожиться: «Ради матери моей любил меня бог Хумпан, ради нее он услышал меня». Что это, снова параллель тому, что можно было наблюдать у ранних Эпартидов? Тогда «матери почитаемой», т.е. прославленной сестре Шилхахи, в нашем случае соответствовала бы сестра царей Пахиришшана I и Аттаркиттаха. Во всяком случае, Хумпануммена утверждал, что его мать была в особенной милости у бога Хумнана.
«Я был награжден благополучной жизнью, — продолжаем мы читать. — Бог Иншушинак даровал мне царскую власть». Затем автор надписи переходит на возведение им. храма в Лияне; здесь он также упоминает имена двух женщин. Первая, Мишимрух, была, возможно, его «матерью почитаемой», вторая, очевидно, его супругой. «Во имя моей собственной жизни, — пишет Хумпануммена, — во имя жизни Мишимрух и во ими жизни Ришап-Ла я велел на месте старого, обрушившегося, храма воздвигнуть из кирпича новый и посвятил его богу Хумнану, богине Киририше и благодетельным богам», Хумпануммена связывает с этим поступком надежду: «Пусть Хумпан, Киририша и благодетельные боги даруют мне долгую жизнь! Я просил их о даровании мне царской власти — пусть они даруют мне доброе здравие для осуществления этой миссии!»
По-видимому, Хумпануммена за время своего продолжительного и безмятежного царствования заложил основу благополучия, связанного с мирным развитием Элама. Ничто не свидетельствует о боях с касситами в Вавилонии. Страна процветала, в сокровищницы царя текли богатства. Они позволили его сыну и наследнику Унташ-Напирише развернуть в стране беспримерное по своему размаху строительство.
