Трудно сказать, что представляли собой три круглых строения, расположенных вблизи лестничных маршей со всех сторон зиккурата, за исключением юго-восточной, или «царской» стороны. Длина их в диаметре — 4 м, в каждом из них по четыре пиши, из которых каждая увенчана тройным сводом. Фриз с надписью окаймляет каждую ротонду. Из надписей мы узнаем, что загадочные строения по-эламски назывались sunsu irpi и были посвящены богам Хумпану и Иншушинаку. Таким образом, все было бы ясно, если бы мы расшифровали значение слов sunsu irpi... Но поскольку в юговосточном переднем дворе, который, по всей видимости, предназначался царю, не было подобной ротонды, эти три строения можно было бы принять за пьедесталы, на которых возвышались статуи царя. Таким образом, когда царь не мог явиться лично, статуи заменяли его на трех сторонах зиккурата.
При описании фасада Чога-Замбиля мы опираемся на более твердые данные.
Ступенчатая башня в Дур-Унташе, как проницательно предугадал Р. Гиршман, была сооружена не за один прием, а в две четко различимые друг от друга очереди. Последнее доказывает поисковый ров, прорытый с северо-западной стороны до середины зиккурата. Этот проложенный во время раскопок в 1960—1961 гг. ров внесен в чертеж на рис. 38. Выяснилось, что во время первой очереди строительства была сооружена только та часть строения, которая воспроизведена на рис. 39 по чертежу архитектора П. Оберсона.
Вокруг стометрового в квадрате внутреннего двора, тщательно вымощенного обожженным кирпичом, поднялась первая ступень зиккурата в виде четырехугольника высотой 8 м. Ширина трех его сторон составляет по 8 м, ширина же четвертой стороны на северо-востоке — 12 м. Мы можем ее обозначить как «фасад» зиккурата в отличие от «царской стороны» на юго-востоке. В четырехугольном строении первой ступени размещены 28 небольших помещений. Некоторые из этих помещений были доступны лишь при помощи лестниц, ведущих сверху вниз. Поскольку двери в них открывались наружу, все они вели во внутренний двор, за исключением двери комнаты № 19 (см. рис. 38).
На юго-востоке по обе стороны лестницы первой ступени были встроены по храму богу Иншушинаку. Обозначенный Р. Гиршманом как храм «А» (напротив ворот № 4), он, очевидно, до тех пор использовался для культовых целей, пока не была закончена первая ступень башни. Когда затем приступили к возведению других ступеней, храм «А» был замурован.
Его заменил храм «Б» (напротив ворот № 5), с выходом из комнаты № 19 в юго-восточный передний двор. Р. Гиршман был, вероятно, прав, толкуя это строение как «нижний храм», который в отправлении культовых обрядов зависел от «верхнего храма», расположенного на самом верху зиккурата. Нечто подобное мы уже могли наблюдать около 2250 г. при храме Иншушинака в Сузах: царь Кутик-Иншушинак тогда ежедневно приносил в жертву животных как для нижнего, так и для верхнего храма. В то время, однако, как в Двуречье нижний храм всегда строился вне (хотя и вблизи) зиккурата, по эламским понятиям, очевидно, требовалось, чтобы нижний храм представлял собой встроенный компонент ступенчатой башни.
О храме «Б» Р. Гиршман, далее, высказывает следующее: «Нужно отметить еще одну особенность этой маленькой святыни: слева от его передней было обнаружено помещение с ложем из кирпича-сырца напротив ниши в каменной стене». (Очевидно, подразумевается комната № 18 на рис. 38.) «Возможно, что это помещение предназначалось божеству, спустившемуся из своей "резиденции" наверху ступенчатой башни, как место отдыха, а возможно, оно должно было служить совершенно иным целям, а именно для обряда "священного брака", о чем свидетельствуют маленькие терракотовые статуэтки, изображающие чету, отдыхающую на ложе. Такие статуэтки нам часто доводилось находить в эламских слоях в Сузах» [2 стр. 13].
Когда приступили ко второй очереди строительства, то одновременно начали возводить вторую, третью и четвертую ступени зиккурата. Три следующих яруса были возведены с поверхности двора, так что они коробкообразно выдвигаются из I яруса. Мощение внутреннего двора сохранилось тем временем лишь под центральным, т.е. IV, ярусом.
