У А-Цинь не было ни единой причины не хотеть. Но разве она сказала бы о том вслух?
У Минчжу её ответ и не требовался. Он и так знал всё на свете, как и любой мало-мальски мудрый ворон.
– Крылатая помолвка, вот что нам нужно, – сказал он с тихим торжеством в голосе.
– Крылатая помолвка? – насупилась А-Цинь. – Никогда не слышала.
У Минчжу кивнул, словно такого ответа от неё и ожидал:
– Я в этом и не сомневался. К вам женихов привязывают, как камень к утопленнику. Разве вам расскажут о крылатой помолвке?
– Говоришь так, словно на вашей горе женщины сами выбирают себе женихов, – уязвлённым тоном фыркнула А-Цинь.
– И женихов, и невест, – спокойно подтвердил У Минчжу. – С выбранной птицей ведь всю жизнь до смерти жить. Кто, как не ты сам, должен решать с кем?
– А как же родительский выбор? Договорные браки? Нипочём не поверю, что у вас таких нет!
– Есть, – кивнул У Минчжу. – Но у наших женщин есть выбор. Они могут сказать «нет».
А-Цинь зябко повела плечами. Вдруг припомнился тот, последний разговор с родной матерью, и ей стало неуютно даже дышать воздухом горы Певчих Птиц. У Минчжу заметил перемену в её настроении и встревожился:
– Что такое?
– Если я стану твоей невестой… Допустим, – сейчас же исправилась А-Цинь, заметив, как вспыхнули его глаза.
– Допустим, – как-то подозрительно легко согласился он.
Следующий вопрос потряс его до глубины души.
– Ты ведь не сломаешь мне крылья, если я захочу от тебя улететь?
У Минчжу так долго на неё глядел в полном безмолвии, что А-Цинь в который раз успела смутиться.
– Ты не захочешь, – проронил он наконец.
– То есть… – взъерошилась она.
– И я никогда бы не сделал ничего подобного, – прервал он её, хмуря брови. – Как такое только тебе в голову пришло?
Ей бы хотелось ему верить, да она и поверила. Но А-Цинь всё ещё считала, что должна отговорить его от столь безрассудного поступка. Она ведь была послушным цыплёнком.
– Но так решили родители, – возразила она. – Родителей нужно слушаться. И мы на моей горе, а не на твоей, так что… здесь другие порядки.
– Потому я упомянул о крылатой помолвке, – согласно кивнул У Минчжу. – Вот скажи, какое обещание важнее – данное родителям или данное предкам?
– Чьим предкам? – не поняла А-Цинь.
– Птичьим. Цзинь-У или Цзинь-Я.
А-Цинь призадумалась. Такие обещания считались нерушимыми, как и клятвы собственными крыльями. Птицы верили, что предки всё слышат и всё знают, потому их невозможно обмануть.
– Данное предкам, – наконец сказала она. – Но при чём здесь крылатая помолвка? Что вообще такое крылатая помолвка?
– Крылатая помолвка – это обещание птичьим предкам, что мы будем верны друг другу и никогда не разлучимся. Говорят, если они услышат наши клятвы, то даруют нам красную нить. Ты слышала о красной связующей нити?
А-Цинь неуверенно кивнула, и У Минчжу сказал ей, что предназначенные друг другу птицы связаны судьбой, то есть красной нитью, но она невидима, и если предки решат, что их клятвы искренни, то сделают связующую нить видимой. Это казалось неправдоподобным. А-Цинь не чувствовала, что к её пальцу что-то привязано. Несколько смущало и то, что нить должна появиться только у предназначенных друг другу птиц. А если это не про них? Если судьбы их связаны с какими-то другими птицами? И как определить степень искренности клятв? А-Цинь уверена только в том, что замуж за Третьего сына клана бойцовых петухов ей выходить не хочется.
– Достаточно и этого, – успокоил её У Минчжу, но добавил с явной надеждой: – Но тебе же хоть чуточку хочется выйти за меня, да? Хоть вот столечко, – свёл он вместе большой и указательный пальцы.
А-Цинь подумала машинально, что пальцы стоило бы развести и пошире, но вслух, конечно же, ничего не сказала.
– Если согласна, то выпусти крылья и дай мне руки, – велел У Минчжу, протягивая ей обе руки ладонями вверх.
А-Цинь придирчиво их разглядывала какое-то время, У Минчжу даже пробормотал:
– Да чистые у меня руки…
Держаться за руки тоже считалось крайне неприличным. Не цыплята же, взрослые птицы, к тому же разного пола… Но А-Цинь всё-таки – очень, очень осторожно! – накрыла его ладони своими. У Минчжу моментально сплёлся с ней пальцами и напомнил:
– Крылья.
А-Цинь поглядела на его крылья. Он расправил их и слегка согнул, показывая, как нужно сделать. Если она это повторит, то сплетутся они не только пальцами, но и маховыми перьями – так близко они друг к другу стоят.
– То есть нужно крыльями соприкоснуться? – всё же уточнила она на всякий случай.
– На то она и крылатая помолвка, – утвердительно кивнул У Минчжу. – Я подожду, можешь не спешить.
А-Цинь покраснела. Но крылья ей удалось выпустить с первого же раза, чему она поразилась до глубины души.
Неужто так хочется стать его невестой?!
