К моменту нашего выхода на аллею Вероника тряслась от ужаса больше, чем от холода, я едва не провалилась в объятия к мертвецу, случайно пройдя сквозь надгробную плиту, по ту сторону которой активная мумия пыталась сделать подкоп из своей клетки, а Анита умудрилась раз триста поссориться с нашим раненным спутником.
Обитель умерших, но не до конца упокоенных, мы миновали лишь к рассвету. Вышли к широкой реке, весело текущей в сторону центра. Берега её обрамляла невысокая трава, прерывавшаяся пологими спусками в воду, образовавшимися, видимо из-за осыпания земляных пластов.
–Искупаться бы… – мечтательно протянула Анита и огляделась, – место здесь замечательное!
–Вода чистая, купайся. – разрешил ей наш рыцарь, и сел на мягкую травку. Аня выразительно взглянула на него, но Лев задумчиво глядел совершенно в другую сторону. Равнодушно дёрнув плечиком, моя подруга подошла к воде и скинула одежду. Как бы ни старался молодой человек сделать вид, что на неё не смотрит, всё же голова сама, помимо его воли повернулась в сторону девушки.
Классическая сцена – сатир и нимфа, жаль, камеру с собой не взяла, такой сюжет пропадает! Я села рядом с нашим провожатым и стала наблюдать за подругами. Одна беззаботно ныряла, другая ловила бабочку на цветочной полянке.
Когда пришло время выходить из воды, Анита велела всем отвернуться.
–Пока прелестная дама не попросит, как подобает – и не подумаю. – сказал Лев. Видимо, специально провоцируя. Мгновенно вспылившая Аня решительно покинула реку и, подхватив свои вещи, удалилась в ближайшие заросли камышей, превышающих по своей высоте молодые деревца, робко растущие у воды.
–Ну как, рыцарь, – спросила одевшаяся цыганка у юноши, – хороша я?
Раненый синхронно поднял плечи и брови, выказывая явную незаинтересованность в заданном вопросе.
–Есть ли у тебя дама сердца? – не выдержала равнодушия моя однокурсница.
–Конечно! – изумлённо поднял на неё взгляд наш добровольный проводник и защитник, – у каждого рыцаря есть возлюбленная, которой он посвящает свои деяния и подвиги, к ней взывает о помощи перед смертельной схваткой… иначе – какой же он рыцарь?
–И твоя дама лучше меня? – заинтересовалась девушка.
–Конечно, – кивнул Лев, – ведь я её никогда не видел.
Анита презрительно фыркнула и удалилась. Но её место мгновенно заняла Вероника, до этого увлечённо собиравшая цветы.
–Как такое возможно? – обратилась она к молодому человеку. Тот пожал плечами:
–Обычное дело, жена моего господина прекраснее солнца. Так о ней говорят. Едва услышав звучание её имени, я влюбился! Все вассалы моего господина влюблены в неё. Мы благоговейно отдали себя служению ей, пусть она и не знает об этом.
–А что господин? – поинтересовалась я.
–Он любит жену короля, о чём говорит на каждом турнире.
–Ну, а король? – поражённо ахнула Ника.
–Его светлость назвал своей дамой сердца Лучинку, дочь мельника. Он ужасно страдает, но по долгу крови, не может быть с ней…
–Почему бы им тогда не любить своих жён? – не выдержала я, – раз от них без ума столько рыцарей – значит они красивы.
Лев вздохнул:
–Супруга никак не может стать той, к кому обращены молитвы в смертный час, ради кого душа и сердце стремятся к подвигу…
–Что же мешает вашей рыцарской печёнке воспарить? – не выдержала Анита и подключилась к диалогу. Юноша смерил её далёким от восхищения взором и пояснил:
–Невозможно благоговеть перед тем, кем обладаешь. Дама – она как солнце, недостижимая, манящая… того рыцаря, что вознесёт молитву к жене перед боем просто засмеют!
–О времена, о нравы! – звучно процитировала Аня и добавила, – да ещё женушка знает сокровенные страхи благоверного и во время турнира беспокоится: не ушибёт ли копьём головушку, где и без того уж сотрясать нечего. А перед прекрасной незнакомкой можно прослыть бесстрашным, гордым, умным! И та не попрекнет ни в чем.
–Не говори о том, чего не знаешь, – усмехнулся Лев, – ты сейчас перепутала даму сердца со случайной знакомой. Дама – она о тех рыцарях, что служат ей, и не подозревает. Мы с ней не говорим, не перечисляем подвиги, лишь ловим её взгляд или весть о ней.
–Девчонки, плохо дело, – обратилась к нам Анита, выслушав тихую речь Льва, – мы с вами оказались среди язычников-дамопоклонцев.
–А я – среди невежд. – еле слышно добавил наш спутник.
–Не обобщайте, сударь. – шепотом возразила я ему, – и не произносите вслух того, что не осмелитесь сказать громко – вас могут услышать и не так истолковать.
Юноша вздрогнул и с ужасом взглянул на меня, он явно не рассчитывал получить ответ на своё замечание. Что поделать, я сидела слишком близко.
–Всё равно вам меня не понять, – мгновенно взял себя в руки рыцарь, – продолжаем путь.
И он решительно зашагал дальше, стараясь не шевелить руками при ходьбе, чтобы не бередить и без того растревоженные раны.
