Границу города мы пропустили, сначала нам на встречу выпрыгнули кривобокие деревенские домишки, а потом над крышами показались высокие шпили замка. Несколько десятков шагов – и мы на главной площади перед дворцом. К древним стенам кокетливо пристроены современные помещения с причудливой позолоченной лепниной, громадные окна стеснительно прикрылись богатыми портьерами, стремясь не выделяться на фоне узких бойниц. Да только ничего у них не вышло. Разностилевой, словно собранный из разных кусков мозаики дом королевы являл собой зрелище весьма забавное, совершенно не внушающее ни уважения, ни восхищения.
И всюду перед зданием толпились люди. Одиночек почти не было, все старались сбиться в группки побольше, преданно заглядывая в окна – вдруг удастся узреть кусочек зала или само светило государства. Те же, кому наскучило изучать стены шарили взглядом по толпе, ища для себя развлечений.
–Не много ли для тебя одного спутниц, заморыш? – крикнул из толпы подростков самый внушительный по габаритам юнец, вероятно, посчитавший Льва прекрасной грушей для битья.
–Тебя не должны волновать столь сложные умственные задачки. – огрызнулся наш рыцарь, уверенно маневрирующий между собравшимися в кучки людьми так, что нам оставалось лишь не отставать, держась за руки.
–Меня они и не занимают, – задира нагнал нас и перегородил нашему спутнику путь, – я уже подсчитал, что три – многовато для тебя, но в самый раз для нас.
Лев, скупо размахнувшись, быстро ударил его в живот, добив локтем в висок согнувшегося противника. Тот сдавленно охнул и рухнул на булыжную площадь, неудачно подставив руку. Его злой вопль возвестил нас о том, что мальчик заработал перелом.
А к нам уже спешили его друзья. И раненный рыцарь был готов с ними драться.
Когда перед дворцом образовалась куча мала из мутузящих друг друга тел, мы незамеченными ускользнули во дворы, за стоящие сруб к срубу деревянные домишки. Лев тихо постанывал, держась то за отбитую печень, то хватаясь за окровавленное плечо.
–Кажется, я начинаю догадываться, отчего твои раны не успевают затягиваться. – сказала ему я. Анита фыркнула:
–Дурная голова приносит телу множество страданий!
Рядом кто-то мерзко захихикал, и мы заметили, что в нашу сторону движется старик. Возраст его был сложно определим, такой экземпляр мог топтать эту землю и шестьдесят лет, и восемьдесят. Сухонький, сгорбленный, но крепенький, с мелким морщинистым лицом и куцей бородёнкой. Наконец он подошёл к нам дрожащим шагом.
–Не умеешь драться, так и не лезь.
–Думаете, ваша немощь помешает вызвать вас на поединок? – вспылил Лев.
–Какая слава, побить старца!
–Грубая сила не всегда на стороне правого, – сухо заметил рыцарь, – поэтому я вызываю вас на битву доблести.
–Не смею отказаться. Аптека за соседним срубом.
–Что ты задумал? – предчувствуя недоброе, я догнала Льва. Он смерил меня хмурым взглядом и покачал головой, давая понять, что не намерен посвящать нас в свои планы.
–Умрёшь ты, твою совесть потянут на вечные муки и наши смерти. – промурлыкала Анита, появляясь с другой стороны от юноши, – подумай, сколько мы проживём здесь, ничего не понимая, не зная… а вокруг столько грубости.
–Я не намерен изменить своё решение. И подыхать я не собираюсь, пусть не надеются.
После таких слов нам ничего не оставалось, как идти следом за нашим провожатым. Вероника мелко тряслась, вцепившись ледяными пальцами мне в руку.
–Ой, что-то будет… ну почему нам на голову свалился этот идиот? – причитала она, глядя в землю.
–Ладно тебе, Ника, – попыталась я успокоить подругу, – уж лучше он, чем кто-то воде того выскочки на площади. Со Львом, возможно, есть шанс разузнать про способы возвращения домой.
–Или изучать на нём анатомию, заглядывая в дыры на шкуре, – зло прошипела Анита, всё это время сверлившая юношу взглядом, – ненавижу самонадеянных индюков. Посмотрите, как он идёт!
Я послушно посмотрела вниз, и заметила, как трясётся у рыцаря левая нога и едва не подламывается колено при каждом шаге.
–Ладно тебе, в аптеку идём… – попыталась я приободрить не столько девчонок, сколько себя.
Глава 3
К вопросу о смелости и безрассудстве
Вместо лекарств Лев со старцем выбрали яд, действующий мгновенно. Они вышли на улицу и направились к площади. Пожилой лысый аптекарь, смешавший что-то в двух колбах, пошёл вслед за ними, велев нам не отставать.
Неподалёку от дворца высилась трибуна, и дуэлянты поднялись на неё, следом чинно взошёл лекарь.
–Битва доблести, дамы и господа! – провозгласил чудик на ходулях, чьё лицо напоминало палитру нервного художника, а костюму позавидовали бы все клоуны из фильмов ужасов, – первое противостояние за сегодняшний день! Спешите видеть! Спешите видеть!
Отдельно стоящие группки людей быстро переорганизовались в стоящую полумесяцем перед трибуной толпу и начали выкрикивать что-то. Меж горожан шустро засновали мальчишки, предлагая делать ставки или просто подать сироткам монету.
