| You are a generous man, Albert, but perhaps you may be blinded by pride or resentment; if you refuse me, if you ask another for what I have a right to offer you, I will say it is ungenerous of you to refuse the life of your mother at the hands of a man whose father was allowed by your father to die in all the horrors of poverty and despair. | Вы человек великодушный, Альбер, но, может быть, вас еще ослепляет гордость или обида; если вы мне откажете, если вы возьмете от другого то, что я вправе вам предложить, я скажу, что с вашей стороны жестоко отвергать кусок хлеба для вашей матери, когда его предлагает человек, чей отец, по вине вашего отца, умер в муках голода и отчаяния". |
| Albert stood pale and motionless to hear what his mother would decide after she had finished reading this letter. | Альбер стоял бледный и неподвижный, ожидая решения матери. |
| Mercedes turned her eyes with an ineffable look towards heaven. | Мерседес подняла к небу растроганный взгляд. |
| "I accept it," said she; "he has a right to pay the dowry, which I shall take with me to some convent!" | - Я принимаю, - сказала она, - он имеет право предложить мне эти деньги. |
| Putting the letter in her bosom, she took her son's arm, and with a firmer step than she even herself expected she went down-stairs. | И, спрятав на груди письмо, она взяла сына под руку и поступью, более твердой, чем, может быть, сама ожидала, вышла на улицу. |
| Chapter 92. | XV. |
| The Suicide. | Самоубийство |
| Meanwhile Monte Cristo had also returned to town with Emmanuel and Maximilian. | Тем временем Монте-Кристо вместе с Эмманюелем и Максимилианом тоже вернулся в город. |
| Their return was cheerful. | Возвращение их было веселое. |
| Emmanuel did not conceal his joy at the peaceful termination of the affair, and was loud in his expressions of delight. | Эмманюель не скрывал своей радости, что все окончилось так благополучно, и откровенно заявлял о своих миролюбивых вкусах. |
| Morrel, in a corner of the carriage, allowed his brother-in-law's gayety to expend itself in words, while he felt equal inward joy, which, however, betrayed itself only in his countenance. | Моррель, сидя в углу кареты, не мешал зятю изливать свою веселость в словах и молча переживал радость, не менее искреннюю, хоть она и светилась только в его взгляде. |
| At the Barriere du Trone they met Bertuccio, who was waiting there, motionless as a sentinel at his post. | У заставы Трон они встретили Бертуччо; он ждал их, неподвижный, как часовой на посту. |
| Monte Cristo put his head out of the window, exchanged a few words with him in a low tone, and the steward disappeared. | Монте-Кристо высунулся из окна кареты, вполголоса обменялся с ним несколькими словами, и управляющий быстро удалился. |
| "Count," said Emmanuel, when they were at the end of the Place Royale, "put me down at my door, that my wife may not have a single moment of needless anxiety on my account or yours." | - Граф, - сказал Эмманюель, когда они подъезжали к Пляс-Рояль, - остановите, пожалуйста, карету у моего дома, чтобы моя жена ни одной лишней минуты не волновалась за вас и за меня. |
| "If it were not ridiculous to make a display of our triumph, I would invite the count to our house; besides that, he doubtless has some trembling heart to comfort. | - Если бы не было смешно кичиться своим торжеством, - сказал Моррель, - я пригласил бы графа зайти к нам; но, вероятно, графу тоже надо успокоить чье-нибудь тревожно бьющееся сердце. |
