| "No, madame," said Villefort; "instructions have been given. There are yet five days left; five days are more than I require. Do you not think that I also long for forgetfulness? | - Нет, - сказал Вильфор, - у меня еще пять дней впереди; следствие закончено; пяти дней для меня больше чем достаточно; и разве вы не понимаете, сударыня, что и мне тоже надо забыться? |
| While working night and day, I sometimes lose all recollection of the past, and then I experience the same sort of happiness I can imagine the dead feel; still, it is better than suffering." | Когда я работаю, а я работаю день и ночь, бывают минуты, что я ничего не помню, а когда я ничего не помню, я счастлив, как счастливы мертвецы; но все же это лучше, чем страдание. |
| "But, sir, he has fled; let him escape--inaction is a pardonable offence." | - Но ведь он скрылся; дайте ему убежать. Бездействие - самый легкий способ проявить милосердие. |
| "I tell you it is too late; early this morning the telegraph was employed, and at this very minute"-- | - Ведь я вам сказал, что уже поздно; телеграф уже на рассвете передал приказ, и теперь... |
| "Sir," said the valet de chambre, entering the room, "a dragoon has brought this despatch from the minister of the interior." | - Сударь, - сказал входя камердинер, - депеша из министерства внутренних дел. |
| Villefort seized the letter, and hastily broke the seal. | Вильфор схватил конверт и торопливо его вскрыл. |
| Madame Danglars trembled with fear; Villefort started with joy. | Госпожа Данглар содрогнулась от ужаса, Вильфор затрепетал от радости. |
| "Arrested!" he exclaimed; "he was taken at Compiegne, and all is over." | - Арестован! - воскликнул Вильфор. - Его задержали в Компьене; все кончено. |
| Madame Danglars rose from her seat, pale and cold. | Госпожа Данглар встала; лицо ее было бледно. |
| "Adieu, sir," she said. | - Прощайте, сударь, - холодно сказала она. |
| "Adieu, madame," replied the king's attorney, as in an almost joyful manner he conducted her to the door. | - Прощайте, сударыня, - отвечал королевский прокурор, почти радостно провожая ее до дверей. |
| Then, turning to his desk, he said, striking the letter with the back of his right hand, | Потом он вернулся к письменному столу. |
| "Come, I had a forgery, three robberies, and two cases of arson, I only wanted a murder, and here it is. It will be a splendid session!" | - Так! - сказал он, ударяя рукой по депеше. - У меня есть подлог, три кражи, два поджога, мне не хватало только убийства, вот и оно; сессия будет отличная. |
| Chapter 100. | III. |
| The Apparition. | Видение |
| As the procureur had told Madame Danglars, Valentine was not yet recovered. | Как говорил королевский прокурор г-же Данглар, Валентина все еще была больна. |
| Bowed down with fatigue, she was indeed confined to her bed; and it was in her own room, and from the lips of Madame de Villefort, that she heard all the strange events we have related,--we mean the flight of Eugenie and the arrest of Andrea Cavalcanti, or rather Benedetto, together with the accusation of murder pronounced against him. | Обессиленная, она не вставала с постели; о бегстве Эжени, об аресте Андреа Кавальканти, вернее - Бенедетто, и о предъявленном ему обвинении в убийстве она узнала у себя в комнате, из уст г-жи де Вильфор. |
| But Valentine was so weak that this recital scarcely produced the same effect it would have done had she been in her usual state of health. | Но Валентина была так слаба, что рассказ этот не произвел на нее того впечатления, которое, вероятно, произвел бы, будь она здорова. |
