| "No, with a relation. But still, we have quite lost our dear Eugenie; for I doubt whether her pride will ever allow her to return to France." | - Нет, с одной нашей родственницей... Но как-никак мы потеряли нашу дорогую Эжени; сомневаюсь, чтобы с ее характером она согласилась когда-нибудь вернуться во Францию! |
| "Still, baron," said Monte Cristo, "family griefs, or indeed any other affliction which would crush a man whose child was his only treasure, are endurable to a millionaire. | - Что поделаешь, дорогой барон, - сказал Монте-Кристо, - все эти семейные горести -катастрофа для какого-нибудь бедняка, у которого ребенок - единственное богатство, но они не так страшны для миллионера. |
| Philosophers may well say, and practical men will always support the opinion, that money mitigates many trials; and if you admit the efficacy of this sovereign balm, you ought to be very easily consoled--you, the king of finance, the focus of immeasurable power." | Что бы ни говорили философы, деловые люди всегда докажут им противное; деньги утешают во многих бедах, а вы должны утешиться скорее, чем кто бы то ни было, если вы верите в целительную силу этого бальзама; вы - король финансов, точка пересечения всех могущественных сил. |
| Danglars looked at him askance, as though to ascertain whether he spoke seriously. | Данглар искоса взглянул на графа, стараясь понять, смеется ли он, или говорит серьезно. |
| "Yes," he answered, "if a fortune brings consolation, I ought to be consoled; I am rich." | - Да, - сказал он, - если богатство утешает, я должен быть утешен: я богат. |
| "So rich, dear sir, that your fortune resembles the pyramids; if you wished to demolish them you could not, and if it were possible, you would not dare!" | - Так богаты, дорогой барон, что ваше богатство подобно пирамидам; если бы хотели их разрушить, то не посмели бы; а если бы посмели, то не смогли бы. |
| Danglars smiled at the good-natured pleasantry of the count. | Данглар улыбнулся доверчивому простодушию графа. |
| "That reminds me," he said, "that when you entered I was on the point of signing five little bonds; I have already signed two: will you allow me to do the same to the others?" | - Кстати, когда вы вошли, я как раз выписывал пять бумажек; две из них я уже подписал; разрешите мне подписать три остальные? |
| "Pray do so." | - Пожалуйста, дорогой барон, пожалуйста. |
| There was a moment's silence, during which the noise of the banker's pen was alone heard, while Monte Cristo examined the gilt mouldings on the ceiling. | Наступило молчание, слышно было, как скрипело перо банкира; Монте-Кристо разглядывал раззолоченную лепку потолка. |
| "Are they Spanish, Haitian, or Neapolitan bonds?" said Monte Cristo. | - Испанские? - сказал Монте-Кристо. - Или гаитийские, или неаполитанские? |
| "No," said Danglars, smiling, "they are bonds on the bank of France, payable to bearer. | - Нет, - отвечал Данглар, самодовольно посмеиваясь, - чеки на предъявителя, чеки на Французский банк. |
| Stay, count," he added, "you, who may be called the emperor, if I claim the title of king of finance, have you many pieces of paper of this size, each worth a million?" | Вот, граф, - прибавил он, - вы - император финансов, если я - король; часто вам случалось видеть такие вот клочки бумаги стоимостью по миллиону? |
| The count took into his hands the papers, which Danglars had so proudly presented to him, and read:-- | Монте-Кристо взял в руку, словно желая их взвесить, пять клочков бумаги, горделиво переданных ему Дангларом, и прочел: |
| "To the Governor of the Bank. Please pay to my order, from the fund deposited by me, the sum of a million, and charge the same to my account. | "Господин директор банка, благоволите уплатить предъявителю сего за мой счет один миллион франков. |
