— Сработало… и ведь сработало… потрясающе!.. — бормотал Василий, наблюдая, как флот противника вначале идёт вслед за крохотным метеозондом, а затем и вовсе разворачивается и уходит в Якутск. Разумеется, они выслали разведку, проверили последние места нашей дислокации, но, поскольку ориентировались они по сигналу нашей связи, то и пролетели на полтора десятка километров в стороне.
Мы хоть и подняли в воздух наш самый боеготовый корабль — «Гнев Империи», но провисели в маскировочном поле несколько часов, так и не вступив в бой. Можно было уничтожить передовую группу, но так мы бы привлекли слишком много внимания, обрекая на схватку весь флот.
В результате небольшого манёвра мы выиграли себе почти неделю, именно столько и займёт ремонт в полевых условиях: разбор обратно на запчасти большей части автоматонов, лечение легкораненых пилотов и многое другое. Благо провианта мы взяли с большим запасом, а уже на второй день выставили дозоры из судов с системами пассивных радаров и термовизуальной разведки.
— Согласно донесениям радиоперехвата, флот противника разделился. Большая часть отправилась на юг, через Улан-Батор к Новосибирску. Им навстречу идёт объединённая флотилия Уральских князей, при поддержке гарнизонов, оставленных нами в Сургуте и Ханты-Мансийске, — докладывал Василий, зачитывая краткую сводку с фронта. — В Якутске осталось лишь ядро, состоящее из пяти крейсеров, восьми фрегатов и сорока малых судов.
— Всего-то, — усмехнулся князь Оренбургский. — Против наших двух, четырёх и пятнадцати соответственно. Даже если авианосец считать за боевое судно.
— Раньше у противника было пятикратное преимущество, сейчас лишь двухкратное. Разница ощутима, — возразил я. — К тому же у нас есть преимущество неожиданности.
— И всё же перевес существенный, — заметил Строгонов.
— Тоже верно. Теперь у нас есть шанс расшатать фронт. Сегодня же идём на Вилюйск, — решительно сказал я. — Пора начать отвоёвывать регион.
— Ну слава богу, люди хоть погреются нормально, — довольно усмехнулся князь, но тут его ждало большое разочарование. Как и всех нас. Когда мы подлетели к известным координатам Вилюйска, никаких признаков существования города с высоты полутора тысяч метров заметно не было.
Тайга, пересечённая едва заметными венами рек, многометровые сугробы и снова тайга. Город? Какой город?
— Судя по картам — он должен быть тут, — с сомнением проговорил Строгонов. — Надо было всё же разведку отправить, а не только дозоры выставлять.
— С нашим количеством кораблей приходится выбирать: либо так, либо… — ответил я, покачав головой. — Таран, слетай проверь.
— Слушаюсь! — тут же отрапортовал бурят. — Первый штурмовой, боевая готовность. Свежие расчёты.
— Вяземская, прикройте посадку штурмовой группы. Остальному флоту держаться на расстоянии, — приказал я, внимательно отслеживая данные радаров. Конечно, мы выставили корабли ДРЛО и дозоры, с выключенными активными радарами, но противник не должен был знать о нашем приближении, а значит, должны были полагаться либо на радиоперехват, либо на активные радары, работу которых мы немедля засечём.
Крохотный штурмовой ботик под прикрытием нескольких катеров-перехватчиков спустился к лесному массиву. Двигатели подняли снежное облако, скрыв от нас происходящее. Я даже успел подумать о том, что надо бы отозвать ребят и послать разведчиков ниже и выше по течению реки, когда Таран вышел на связь.
— Здесь город, ваше высочество, — бодро отозвался он. — Только под снегом.
— Это как вообще? — удивлённо спросил я, посмотрев на Строгонова.
— Ну, может, замело? — таким же ошарашенным тоном ответил он и пожал плечами.
Через минуту снежное облако снесло ветром в сторону, и мы увидели обнажённые потоками горячего воздуха из турбин двигателей крыши домов, и даже чёрные фигурки людей, выбирающихся из снежных нор.
— И где прикажете садиться? — поинтересовался я, глядя на ровную белую поверхность вдоль берега реки. — Идём на сверхмалой высоте. Самый малый вперёд.
«Черепаха», накрывавшая собой несколько кварталов частной застройки, при снижении подняла целую снежную бурю, избавляя городишко от не в меру обильных сугробов. Мы старались держаться так, чтобы людей если и задело, то не сильно. Но этих воздушных потоков вполне хватило, и вскоре из-под сугробов появилось небольшое взлётное поле местного воздушного порта.
Нет, конечно, по меркам городка с населением под десять тысяч человек оно было вполне приличным, да только наш флот туда никак не помещался, ведь почти всё пространство занял один авианосец. Остальным пришлось либо садиться нам в трюм, на взлётные палубы, либо уходить на второй круг, выискивая место для безопасной посадки.
— Порт и правительственное здание местного баронства занято, — отрапортовал Таран, стоя рядом с очень удивлённым, но старающимся держать себя в руках мужчиной лет сорока пяти. Деловой костюм, далеко не первой свежести и давно вышедший из моды, мужчина носил словно мундир. И хотя в нём чувствовалась некоторая военная выправка, годы физической активности и подготовки остались далеко позади.
