— Они считают, что мне нужен совершенно другой джентльмен, — фыркнула Джо. — Подобающий. Что за мерзкое слово! Я лучше полено съем, чем стану встречаться с кем-то другим — хоть подобающим, хоть нет.
— Может, это хорошая идея. Не поедание полена, конечно, — добавил Эллиот в ответ на ее удивленный взгляд. — А вот познакомиться с другими мужчинами, может, и стоит.
У Джо отвисла челюсть.
— Хочешь от меня избавиться?
Эллиот с силой схватил ее за руки повыше локтей и рванул на себя.
— Не говори ерунды.
Он накрыл ее губы своими и завладел ртом так горячо и бесцеремонно, что поцелуй напоминал клеймо, и томление у нее между ног сделалось невыносимым.
Когда его язык скользнул к ней в рот, грубо подражая возбужденной плоти, Джо стала его посасывать, прижавшись к Эллиоту еще плотнее, ухватив за крепкие мускулистые ягодицы сквозь гладкий атлас, и в этом ощущении было что-то греховное и восхитительное. Ее пальцы прокрались под фрак и внутрь брюк, лаская гладкую и нежную кожу.
Естественно, в этот момент Эллиот отстранился, опять, и строго поцокал языком, с трудом справляясь с дыханием.
Джо застонала.
— Разве нельзя улизнуть пораньше, как с бала?
Эллиота рассмешило ее нетерпение.
— Кстати о балах. Когда ты намерена посетить свой первый бал в качестве графини Пакенем?
— Не раньше чем через пару месяцев: я все еще недостаточно хорошо воспитана и подготовлена для светских мероприятий. Моим первым балом станет ежегодное сборище, которое устраивает некая Каслетон, или Каслеби, или…
Эллиот засмеялся.
— Ты имеешь в виду ежегодный бал герцогини Каслфорд, за приглашение на который мамочки в поисках будущих супругов для своих дочурок сражаются не на жизнь, а на смерть? Ты его называешь сборищем?
Джо кисло посмотрела на него.
— Рада, что тебя это веселит.
— Взаимно.
Джо фыркнула и покачала головой, но сердиться на него не могла. Все это и правда было забавно, хотя и вгоняло ее в тоску.
— Так что ты будешь делать до бала у герцогини Каслфорд?
— Буду учиться танцевать, правильно держать чашку и пить чай, ходить как леди, говорить как леди, притворяться, что скучные разговоры мне интересны, льстить нудным мужчинам и делать вид, что они меня очаровали, вместо того чтобы приставить им нож к горлу. — Джо осеклась, заметив, что Эллиот давится от смеха. — Мстишь мне за то, что Ангус выставлял тебя на посмешище на арене, да?
— Может быть, — признал Эллиот, не скрывая ухмылки. — Как наш старина поживает?
— Опять ворует.
— А он что, переставал?
— Да, когда нашлась его косточка, но переезд в новый дом ему… ну, не слишком понравился. Ангус всегда был вороват, такая уж у него натура, но в последнее время совсем от рук отбился: даже не прячет ворованное — просто разбрасывает по полу у меня в комнате. О, смейся-смейся! — возмутилась Джо. — Ведь это не тебе приходится жить в комнате, которая напоминает логово дракона, забитое трофейными драгоценностями.
— Как думаешь, в чем причина?
— Одному богу известно. Его ничто не радует, даже любимая косточка. Ведет себя как сущий дьяволенок. Он явно недолюбливает Эдит, и она отвечает ему тем же. Ему не нравится, что не он тут всем заправляет, особенно во время еды, и он мрачнеет всякий раз, когда я спускаюсь поесть. Я думала, что если стану ходить с ним на кухню и перекусывать перед завтраком и обедом, то смогу угодить и ему и Эдит, но когда спустилась с ним туда, можно было подумать, что я бегаю как ненормальная с тесаком наперевес. Слуги стояли как истуканы, и кто-то рассказал обо всем Эдит, а она… — Джо увидела, что Эллиот изо всех сил пытается не расхохотаться, и покачала головой. — Это не смешно.
— Еще как смешно!
Джо фыркнула.
Эллиот взял ее за руки и притянул к себе.
— Это твой дом, милая, и твои слуги. Если тебе угодно принести птицу в столовую или на кухню, никто не вправе тебе помешать.
— Ты не знаешь Эдит. Она смотрит на меня такими глазами, словно я главное разочарование в ее жизни. Но самое неприятное — Ангус начал ее передразнивать… причем безошибочно выбирает самые дурацкие слова. Вот, например, он почему-то прицепился к слову «вульгарный» и постоянно произносит его на все лады, когда она рядом.
У Эллиота по щекам побежали слезы.
— Ну что, повеселила я тебя? — спросила Джо без всякой необходимости: это и без того было очевидно. — Грр. Мне что, придется торчать дома до конца проклятого светского сезона, Эллиот?
— Желательно.
— Но обязательно ли?
— Когда тебя представят ко двору? Надо думать, это единственное мероприятие, на которое ты действительно обязана явиться. Но твоя тетя, наверное, лучше меня в этом разбирается.
— К счастью, не придется представляться королеве на каком-нибудь злосчастном приеме в каком-нибудь дурацком платье. Регент окажет мне честь встретиться со мной. — Джо горько рассмеялась. — Не представляю, о чем мы будем говорить.
— Не переживай особо по этому поводу: Принни предпочитает говорить, а не слушать. Ты ему наверняка понравишься.
— Не понимаю, зачем он меня пригласил: у меня же нет реальных прав посещать палату лордов.
— А тебе бы хотелось?
Джо передернуло.
— Нет.
Эллиот расхохотался.
