Сакура с Бьянкой в сопровождении 300 воинов города Милл пересекли границу Королевства Семи Городов и Междуречья. В этот же момент, 350 кнорров со странным грузом, ведомые охваченными смутными подозрениями моряками Хирама, начали свой путь из Кадирстана в Альбиос.
Сакура понимал, что после Империи Юга Тьма нанесёт удар именно сюда – в Междуречье, чтобы затем, после подавления Камриса и обращения в зверей оставшихся жителей, пойти дальше в Страну Гор и Снегов или Королевство Семи Городов. “Терять сейчас время на окончательное уничтожение Островного Княжества или захват Холмгарда Саймон и сопровождающая его Тьма не будут, – размышлял Сакура, – с этими островками сопротивления они разберутся потом, после уничтожения оставшихся государств континента”.
Поэтому Сакура с Бьянкой решили во весь опор скакать в Камрис, чтобы успеть предупредить об опасности, потому что именно туда, считали они, будет нанесен первый удар резко усилившимся Злом.
Верхом путь до Камриса составлял от границы Междуречья около четырех дней, и более всего Сакуру заботила безопасность предстоящих ночевок. Ночами по всему Междуречью бродило все больше оборотней в поисках пищи, которые не могли не учуять их. Да, и пример практически полного уничтожения конвоя, шедшего из Марикузы в Оро, зримо стоял у них перед глазами. Разработав маршрут с хорошо знающим эту местность Роджером, первую свою ночевку они запланировали в большой заброшенной кузне, где в прежние времена почти круглосуточно кипела работа.
Добравшись до места примерно за час до сумерек и спешившись, Сакура скомандовал командиру сопровождавших их воинов завести всех лошадей в заброшенную, добротно сделанную каменную конюшню и закрыть там. Разместив и накормив лошадей, сами они, расставив вокруг кузни ежи из привезенных с собой осиновых кольев, и запалив с наступлением сумерек на внешней стене просмолённые факелы, дававшие некоторую видимость в темноте, расположились во внутреннем дворике. Около 50 лучников с достаточным запасом посеребрённых стрел заступили первыми на дежурство на крыше этих брошенных людьми строений.
После наступления сумерек к кузне со всех сторон начали выходить оборотни, учуявшие запах людей. Бросавшиеся к закрытым на тяжелый засов воротам, звери напарывались на приготовленные ежи из осиновых кольев и попадали под обстрел лучников с крыши зданий. Осиновые колья наносили оборотням тяжелые, трудно заживаемые раны, а посеребрённые стрелы, попав в сердце или пробивая голову, убивали их. Создав засечную полосу из ощетинившихся кольями ежей глубиной не менее 30 метров перед воротами, Сакура затруднил накапливание горы из тел убитых оборотней, по которой последующие звери могли легко перебраться через не очень высокие стены, окружавшие кузнечный двор. Побоище было непрерывным, всё новые и новые оборотни появлялись на месте убитых сородичей и бросались на укрепленную кузню. И почти уже перед самым рассветом гора тел убитых оборотней всё-таки превысила критическую массу, и они получили возможность, перебираясь по ним, прыгать во внутренний двор.
Тогда, убрав лучников и Бьянку внутрь, построив воинов в круговую стену из щитов и укрывшись щитами сверху, они держали оборону внутри двора, поражая зверей ударами посеребрённых копий, наносимыми из-за стены щитов. Перепрыгивающих внутрь их круговой обороны зверей встречали Сакура и десяток ещё самых лучших воинов дружины, вооруженных посеребрённым оружием. Сакура сбился со счета разрубленных зверей за этот предрассветный час, и, потеряв в бою только несколько человек, их дружина дожила до рассвета.
Это было ужасное зрелище. Убив за эту ночь тысячи оборотней, шатающиеся от усталости люди понимали: им предстоит ещё трое суток пути и две ночевки, и пережить их будет очень трудной задачей. В следующие два часа, которые Сакура дал на отдых и сбор использованных посеребрённых стрел и осиновых кольев, они добивали обернувшихся обратно в невменяемых людей раненых оборотней, которые не смогли убежать с рассветом. Собрав своих людей и выйдя в путь, через пять часов пути Сакура устроил длинный четырёхчасовой привал, где дал людям поспать и отдохнуть перед предстоящей ночью. Затем, после ещё двух часов пути, они снова стали оборудовать лагерь, теперь уже в заброшенной мельнице, чтобы снова завоевать себе право дожить до утра.
Ещё через два дня пути его отряд, потеряв за три ночи боев не более 20 человек, достиг Камриса. Когда за час до наступления сумерек дежурившие на стенах Камриса лучники увидели идущий рысью к городу отряд воинов в несколько сотен всадников с развевающимися флагами Островного Княжества и города Милл, среди его защитников началось ликование. Значит, они не одни остались в этом мире, и есть надежда на спасение!
Через полчаса, проехав по спущенному для них мосту над окружающим крепость глубоким рвом, отряд Сакуры быстро въехал в главные ворота. За ними незамедлительно вновь был поднят мост, и закрыты въездные ворота на тяжелые обитые металлом засовы.