Дыру – огромную, неряшливую прореху во внешнем слое – он обнаружил, когда голова заболела совсем уж нестерпимо. Прореха отливала густым траурным фиолетом, и эту силу Грегор знал прекрасно. Еще бы ему не знать почерк мерзавца Денвера! Но откуда у этого негодяя взялось столько сил, чтобы проделать такую брешь?! Впрочем, это вопрос, достойный адепта-первогодка. Объединить силы нескольких магов и направить их должным образом способны даже некоторые выпускники. Удалось же это Воронам в битве за Академию! А умения и опыта старому мерзавцу было не занимать, да и благоволением Баргота он, несомненно, делиться не собирался. И надеяться, что сила Падшего попросту сожжет сообщников, Денвер стал бы едва ли!
Поэтому он попросту выжал до последней капли силу остальных негодяев, уверив их, что так нужно для ритуала, и всю эту силу вложил в удар по дворцу! Конечно, дотянуться из Озерного Края до самой Дорвенны Денвер не смог бы – Грегор невольно подумал, удалось бы это ему самому? Не смог бы, если бы не Кристиан, тогда еще живой Кристиан! О, как много может сделать сильный некромант, имея в своем распоряжении родственную кровь, особенно если тот, в чьих жилах она течет, предназначен на убой, и беречь его не нужно! Денвер ударил по дворцу, вложив в этот удар все силы сообщников, и спокойно дождался их смерти, а потом принес в жертву несчастного Кристиана, открывая демонам дорогу в оставшийся без защиты дворец. Наверняка собирался явиться освободителем!
Что ж, искренне жаль впустую потраченного времени, зато теперь можно быть спокойным – удар был нанесен снаружи, причем лично Денвером, а эта тварь Барготова уже никогда никому не повредит…
Грегор глубоко вздохнул, позволяя светящимся линиям растаять, на мгновение залюбовался красотой исчезающего заклятия и вдруг насторожился. Показалось – или нити заклинания действительно выглядели тоньше, чем при жизни деда? Вот здесь по краю… и здесь… Неужели защита все же была ослаблена?! Кем?! Да нет, бред какой-то… Ослабить ее, не разорвав сложнейшие плетения, да так, что линии лишь истончились, нигде не нарушившись… Это нужно быть мастером, равным Стефану! Денвер на такое точно не был способен, да и кто бы его сюда пустил?! Пробить дыру можно ударом, направленным издалека, если сила поистине чудовищна, а вот подобная тонкая работа требует находиться рядом и обращаться с линиями точнее и нежнее, чем целитель обращается с телом пациента!
Нет, наверное, он ошибся. Точнее, в его памяти линии сохранились толще, потому что Грегор не раз подпитывал их после смерти деда и привык следить, как плетение набирает силу… Пройти в тщательно охраняемое подземелье незамеченным, разобраться в самой виртуозной работе деда и незаметно истончить защиту попросту никто не мог. А дыра, проделанная мерзавцем Денвером, вот она. И объясняет абсолютно все, в отличие от каких-то дурацких предположений!
Удовлетворенно кивнув, он снял с вешалки камзол с плащом и брезгливо скривился. На бархатные рукава налипла невесть откуда взявшаяся паутина! Да и пылью припорошило… Придется привести себя в порядок, как только выйдет наверх, нельзя же возвращаться в бальный зал в таком виде!
– Позвольте представить вам самый прекрасный букет, который породила щедрая земля Фраганы! – провозгласил дон Раэн, пропустив перед собой трех девиц, которые проскользнули в арлезийскую гостиную, шелестя платьями и приглушенно хихикая. – Демуазель Роза, демуазель Лилия и демуазель Фиалка!
Тщательно прикрыв дверь, сделал шаг в сторону, улыбнулся и замер, весело глядя на Лучано и пораженного Аластора. Тот привстал с дивана и с изумлением посмотрел на девиц, потом – на арлезийца и снова на девиц…
– Дон Раэн! – воскликнул он изумленно. – Так вот о каком сюрпризе говорил мне Лу? Я и не знал, что вы в столице! Погодите, а эти дамы…
Очаровательные цветочки под его взглядом присели в реверансах, придерживая пышные юбки пальчиками, и слаженно пропели по-фрагански:
– С Днем Боярышника, дорогой месьо-о-ор! Мы ваш праздничный пода-а-арок!
А демуазель Роза, смуглолицая брюнетка с огромными карими очами и грудью, которая не уступила бы прелестям Лоренцы Пьячченца, добавила, обмахиваясь веером:
– Месьор такой краса-а-авчик! Такой высокий, плечистый, о-ля-ля! Девочки, сама Всеблагая нам улыбнулась!
– Фи, Роза, как можно быть такой вульгаритэ! – мурлыкнула высокая стройная блондинка Лилия. – Месьор подумает, что мы не умеем себя вести! А мы всего лишь рады познакомиться с друзьями дорогого месьора Арвейда!
А Фиалка, маленькая, изящная, с роскошными золотисто-каштановыми волосами, уложенными в простую прическу, ничего не сказала, только посмотрела на Альса, хлопая длинными ресницами, и облизала пухлые розовые губки с видом невинной девицы-сладкоежки, которой подарили целую кондитерскую лавку.
