Чья-то умелая рука легла ему на пах, помогая освободиться от штанов, и Лучано ни за что не определил бы, кому принадлежат заботливые пальцы, Раэну или приникшей к ним обоим Фиалке. Штаны исчезли мгновенно, как родительское наследство у непутевого повесы, за ними последовала рубашка и все остальное, а ладони Раэна скользнули по плечам и груди Лучано. Умница Фиалка, сообразив, что месьоры больше увлечены друг другом, чем ее прелестями, опустилась куда-то вниз, и ее жаркий ротик занялся попеременно обоими, пока Лучано выстанывал что-то невразумительное под горячими поцелуями Раэна. Пока они упоенно целовались, Фиалка оседлала Лучано, он выгнулся навстречу восхитительному гибкому телу фраганки, лаская Раэна рукой и чувствуя, как волна блаженства растекается по всему телу. Всеблагая Матушка, в свой праздник прими эти старания за молитву в твою честь!
Где-то рядом раздался страстный вздох Розы… Или это была Лилия? Какая разница, на этой клумбе все цветочки одинаково горячие, умелые, нежные… Зарычал и гортанно вскрикнул Аластор, и Лучано словно пронзило насквозь раскаленным клинком чужого удовольствия – безумно горячего, от которого внутри все скрутилось, а потом развернулось, в глазах сверкнуло чинским фейерверком, и собственное тело задрожало в длинной, сладкой, тягучей судороге.
Кажется, потом они поменялись, и Фиалку забрал Аластор, взамен к ним с Раэном скользнула Лилия, и все повторилось, только теперь под оседлавшей его блондинкой блаженствовал арлезиец, пока Лучано возвращал приятный долг, лаская ему плечи, перебирая волосы и легонько царапая грудь… Потом Роза, не иначе как по вдохновению, назвала Альса жеребцом, и тому окончательно снесло голову, а вместе с ним – и Лучано. Сплетались тела, руки и губы бесстыдно ласкали кого-то – неважно кого, а плоть принимала чужие ласки. Запахи разгоряченного тела и волос, ароматы возбуждения и удовлетворения… Чужая страсть горела внутри, Лучано отличал ее от своей, но ему уже было все равно – в этом блаженстве единых ощущений хотелось купаться вечно, выныривая лишь затем, чтобы глотнуть воздуха и снова обменяться поцелуями.
В краткий миг просветления Лучано вспомнил про связавший их с Альсом аркан и подумал, что блоки, наверное, сорвались и улетели к Барготу. А еще – что аркан связал их не вдвоем, а втроем… Но синьорина далеко, ее этой вспышкой не должно достать! И тут же его скрутило мучительной тоской от чувства неполноты, незавершенности, словно из него выдрали кусок души, без которого нельзя ни наслаждаться полной мерой, ни даже свободно дышать.
«Будь она с нами, – мелькнула кощунственная, но безумно сладкая мысль, – зачем бы нам потребовался кто-то еще?! Мы с Альсом заласкали бы ее всю, от макушки до кончиков пальцев на ногах. Она была бы нашей, а мы – ее, и больше никто в целом свете не был бы нужен…»
Он с трудом отбросил эту мысль, плавясь в удовольствии тела, но уже не в силах отдаться ему душой.
«Словно ваза, разбитая на три части и склеенная так искусно, что даже трещины нет. Увы, не хватает одного куска, так что все искусство мастера не может поправить дела – вода в этой вазе все равно не задержится, – промелькнуло у него в мыслях. – Но что толку сокрушаться, если вернуть эту треть своей души невозможно? Она далеко… А без нее все впустую, хоть и приятно до судорог…»
В изнеможении распластавшись на полу, он не сразу понял, что лежит щекой на плече Альса, который – вот чудо! – это позволяет. А может, просто еще не пришел в себя и путает Лучано с одной из девиц… Что волосы его, влажные от пота, ласково перебирает Раэн, а собственные пальцы запутались в кудрях Розы, которая лежит на его животе, ухитряясь одновременно обнимать приникшую с другой стороны к Альсу Фиалку… А Лилия, значит, где-то за Раэном… Хорошо попраздновали!
– Кажется, я с ума сошел, – хриплым голосом подтвердил его мысли Альс. – Но славно-то как! А вода у нас есть?
– Воды нет, – с сожалением признал Лучано. – Послать кого-нибудь? Там караул в коридоре…
– Не нужно, дай арлезийского. Оно кисленькое.
Не успел Лучано встать, как ему в руку ткнулось горлышко бутылки. Всеблагая и остальные Шестеро, благословите Раэна!
Лучано передал Альсу вожделенную бутылку, тот шумно глотнул и протянул ее Фиалке, та отпила и протянула бутылку Розе… Через пару минут, когда бутылка вернулась к Лучано, оказавшемуся последним, он допил пару глотков восхитительно кисловатого вина и снова нахально откинулся на плечо Аластора, который то ли не заметил его, то ли поленился спихнуть…
– Точно с ума сошли, – рассудительно продолжил Альс уже нормальным голосом, полным блаженной удовлетворенности и сытости. – Праздник праздником, но чтобы так… Лу, в том ликере точно не было ничего этакого?
– Зачем? – искренне удивился Лучано. – Как будто мы сами бы не справились!
Он погладил нежную спинку Розы, и девушка утомленно, но довольно вздохнула.
