Грани добра и зла полностью

Гарри, как бы я хотел быть с тобой, но сейчас это невозможно — я в розыске у министерства. Ремус тоже не может взять тебя — ведь он оборотень. Надеюсь, старший Малфой не испортит тебя. Ты его не особо слушай. Все пропускай через призму своего факультета. Запомни, в Слизерине не могут учиться нормальные парни, да и девчонки, если честно, тоже. Они все лживые, скользкие... только пакостят да врут. Гриффиндор — вот кузница будущих героев".

"Сплошные штампы", — прокомментировал в голове голос Люциуса, и Гарри не смог не согласиться. Да и вообще, Сириус словно от него откупался… Наверняка мог бы жить в собственном особняке, и никто бы его там не нашел! И крестника вполне бы мог забрать. Учили бы его на пару с Ремусом, а в полнолуние оборотня можно было бы запереть в подвале — или сварить ликантропное зелье…

Выбросив из головы несбыточные мечты, Гарри распаковал посылку Гермионы.

Подарок подруги оказался практичным: новый ежедневник, где можно было расписать каждый день чуть ли не по минутам. Год назад он бы непременно забросил такую гадость на самое дно чемодана. Но после двух недель в Малфой-меноре Гарри показалось, что планировать свой день не так уж и плохо. Можно сделать кучу дел и еще останется время на чтение книг или на беседы — именно так он проводил все вечера в замке. Люциус часто звал Гарри в свой кабинет и рассказывал о традициях, о разных магических законах, о знаменитых магах.

Подпись на последнем подарке заставила Гарри отвесить челюсть: Малфой-младший! Вот это да! Хорёк презентовал своему гостю книгу о чарах и заклинаниях, применяемых в повседневной жизни — весьма полезная вещь, если учесть, что в Хогвартсе такое не проходили. Считалось, что этому учат родители, но Гарри, выросший с маглами, не знал почти ни одного.

К книге прилагалась небольшая записка:

"Поттер, отец настоятельно советует зарыть топор войны, и я не могу не прислушаться к его словам. Можешь смеяться сколько угодно со своими дружками-гриффиндорцами, но я уважаю своего отца и слушаюсь. Поэтому еще раз протягиваю тебе руку.

Плюнем на разные факультеты. Давай попробуем для начала просто общаться на уровне: ты — мне, я — тебе. Я прекрасно знаю зелья и трансфигурацию, ты — чары и ЗОТС. Поможем друг другу подтянуться по этим предметам.

Кстати, перед самой школой я вернусь в замок, так что у нас будет возможность попробовать мирно сосуществовать".

"Ни фига себе, — подумал Гарри. — Вот и ответ на вопрос: смогли бы мы примириться. Я готов протянуть руку в ответ. А ведь всего какую-то пару недель назад я разбил ему нос".

— Мистер Поттер, — раздался голос домовика, — время завтракать. Мне вас проводить?

— Не стоит, Риппи, — ответил Гарри, начиная поспешно одеваться. Эльф поклонился и исчез.

Общение с Люциусом сказывалось даже на манере одеваться. Теперь Гарри казалось нелепым выйти из комнаты в джинсах и рубашке, без мантии. А ведь в Хогвартсе он частенько ходил в магловской одежде в Хогсмид. Перевоспитание продвигалось просто бешеными темпами!

"Старший Малфой явно не нашел своего призвания, — весело подумал Гарри. — Не знаю, какой он Пожиратель, а вот учитель бы из него вышел отличный!"

Малфой улыбнулся своему воспитаннику. Он невольно предвкушал ту радость, которую испытает мальчик от его подарка.

"Надеюсь, это растопит последний лед отчуждения между нами, — подумал он. — А когда Блэк от него откажется, то Гарри станет нашим. Хорошо бы еще и Дамблдор со своей шайкой что-нибудь учудил".

— С днем рождения, Поттер, — сказал он вместо приветствия. — У меня есть для вас небольшой подарок.

— Правда? — удивленно спросил Гарри, и его лицо на несколько мгновений стало открытым и доверчивым.

"И от маглов бывает польза. Обычно Гарри более сдержан и менее открыт, — оценил Люциус. — Для нашего сложного времени исключительно верная манера".

— Но прежде позавтракаем. Мы и так припозднились сегодня, — обратился он к Поттеру.