Грани добра и зла полностью

В конце сентября Сириуса оправдали, и он исчез из Визжащей хижины, даже не попрощавшись с Гарри. Будто сбежал. Он регулярно присылал ничего не значащие письма, где рассказывал, что Орден Феникса готовит полномасштабные действия против Пожирателей смерти. Какие конкретно — крестный не уточнял. У Гарри создалось впечатление, что Сириус подозревает его причастность к тому, что Яксли усилил собственную охрану, перевел сына в Дурмстранг, а жену отправил в Европу — то ли в Париж, то ли в Вену.

Люциус регулярно посещал Хогвартс и занимался с Поттером. Их отношения оставались почти на уровне летних, хотя наставник часто обращался к ученику по имени — обычно в разговоре о повседневных делах. Малфою, казалось, не надоедало выслушивать почти одно и то же — ведь Гарри писал ему ежедневно, как и обещал на вокзале.

В первой декаде октября в Министерстве магии произошла частичная смена должностных лиц. Сириус предостерег Гарри, что почти все новые начальники — в прошлом Пожиратели смерти. Поттеру было на это абсолютно наплевать, потому что сейчас эти люди ничего плохого не делали. Оставим прошлое прошлому — так говорил Люциус, к словам которого он все больше и больше прислушивался.

Однако вскоре перемены в Министерстве сумели затронуть и Гарри. Как-то, выйдя к завтраку, он получил с письмом от Малфоя номер "Ежедневного пророка".

"Посмотрите на третьей странице, — написал Люциус. — Там статья, касающаяся вас, Поттер".

Гарри развернул газету: со страницы на него глянуло собственное изображение, сделанное в прошлом году во время Турнира волшебников. Под колдографией нахмуренного чемпиона была статья.

"Министерство магии узнало из достоверных источников, что магловские родственники знаменитого Мальчика, который выжил, отказались от его дальнейшего воспитания. Так как Гарри Поттер еще не достиг возраста совершеннолетия, такое положение дел никак не допустимо. Поэтому министр по вопросам семьи и брака Амикус Кэрроу потребовал немедленного назначения опекуна. Если в течение месяца не будет подано добровольных заявок, министерство, во главе которого находится Джозеф Эйвери, оставляет за собой право в приказном порядке назначить опекуна несовершеннолетнему. Скорее всего, им станет Августус Руквуд".

Поттер скрипнул зубами и дочитал письмо Люциуса.

"Гарри! — писал тот, подчеркивая обращением, насколько послание личное. — Помнишь, я говорил, что согласен стать твоим опекуном? Так вот, мое предложение остается в силе. Только, прошу, не откладывай решение вопроса на самый конец месяца. Я или любой другой твой кандидат должны подать заявку в течение полутора недель со дня официального постановления Министерства. Полагаю, мне следует немного рассказать о кандидате, предложенном министерством. Руквуд очень суровый и требовательный человек. Вряд ли вы сойдетесь характерами. Я, впрочем, не намереваюсь тебя пугать — просто прошу хорошо подумать. Выбор у тебя уже есть и, возможно, он увеличится".

— Надеюсь, — буркнул себе под нос Гарри. Надо было срочно написать крестному.

"Сириус, срочно возвращайся! Министерство требует для меня опекуна. Ты мне нужен!"

Он привязал записку к лапе Букли. Сова улетела, а к нему подошла второкурсница и передала записку от Дамблдора, просившего о встрече.

"Как удачно! — обрадовался Гарри. — Зря я только сову гонял. Наверняка он сам пригласил крестного". В таком радужном настроении он отправился в кабинет директора.

Назвав горгулье пароль, Гарри поднялся по вращающейся лесенке к директорскому кабинету. За дверями слышались громкие голоса. Подслушивать, конечно, некрасиво, но кто удержится, услышав собственную фамилию?..