С такими словами Этикоэл разбудил своего ученика задолго до рассвета и потащил его в лес, раскинувшийся к северо-западу от Нового Крустока. Не выспавшийся Аменир пытался хоть что-то разузнать о цели неожиданного путешествия, но старик не отвечал на расспросы. Однако со временем прогулка среди деревьев вернула Этикоэлу благодушное состояние, и он принялся рассуждать о месте реамантии в современной системе научного знания. Но когда на пути начали попадаться огромные корни в человеческий рост, через которые двум путникам приходилось перелезать, Тон снова замкнулся, изредка бормоча ругательства и проклятья себе под нос. Тупик из терновника, который теперь вялыми лоскутами распластался по земле, окончательно вывел Этикоэла из себя, и он еще долго шел, громко ругаясь и ворча по любому поводу. Одним словом, у него был очень тяжелый характер.
— А зачем мы с таким трудом перелезали через корни, если могли их, например, растворить или уменьшить? — рискнул поинтересоваться Аменир.
— Это тебе что, игрушки какие-то? — старик посмотрел на него как на слабоумного. — Да и не далеко бы мы так прошли.
— Почему?
— Ты когда научные трактаты читал, мозгами хоть шевелил, запоминал что-нибудь? Или ты увлекательный сюжет искал в схемах и таблицах, придурок?
Аменир напрягся, пытаясь вспомнить неизвестно что, но в голову, естественно, ничего не приходило. Этикоэл заметил безрезультатные попытки ученика, на лице которого уже начало проступать отчаяние и осознание собственной глупости. Вздохнув, лысый реамант проворчал:
— Да ладно, расслабься. Наверное, я просто не прихватил с собой нужную книгу из библиотеки Академии в Донкаре, когда мы переезжали в Еву.
— Так почему мы не прошли бы далеко, мастер? — облегченно переспросил Кар.
— Хм, пожалуй, это важно знать, — Этикоэл задумчиво почесал неопрятную бородку. — Слушай внимательно, ты знаешь, что я не люблю повторять. В трактате "О противодействии реального ирреальному" описана сложная защитная система мироздания от внешнего вмешательства, то есть в нашем случае — реамантии. Не буду пересказывать тебе семь сотен страниц, попробую объяснить все покороче. Надеюсь, ты хоть что-нибудь поймешь.
Старик покосился на своего ученика, словно сомневался в его умственных способностях, и принялся рассказывать. Из его дальнейших пояснений можно было заключить, что слишком частые однотипные взаимодействия с определенными нитями мироздания со временем становились все менее и менее эффективными. Таким образом, первые два-три корня деревьев он мог бы рассыпать в труху или изменить их структуру настолько, что сквозь них можно было бы пройти, задержав дыхание, но на остальные корни этот прием не возымел бы такого сильного эффекта. Реальность как будто привыкает к насильственному вмешательству со стороны реамантов, и потребуется некоторое время, чтобы можно было повторно успешно взаимодействовать с тканью мироздания в том или ином аспекте. Соответственно, чем сильнее изменяются нити всего сущего, тем большее время требуется для того, чтобы настоящая реальность вновь не смогла противостоять конкретному проявлению ирреального.
— Понял? — подозрительно щурясь, спросил Этикоэл.
— Приблизительно, — не стал врать Аменир. — Но ведь есть способ как-то избежать этого?
— В принципе, да. Просто не повторяйся слишком часто, не дергай за одни и те же ниточки. Используй фантазию и ищи неординарные решения для достижения необходимого результата. Обманывай реальность.
Наставление прозвучало немного абсурдно, но такова уж реамантия. На слабые изменения эта защитная система реагировала намного медленнее, а на сильнейшие практически моментально вырабатывала своеобразный иммунитет. Тогда понятно, почему реаманты-недоучки так легко проворачивали свои ничтожные фокусы, не растрачивая при этом силы. Реальность просто не обращала внимания на такие мелкие колебания ткани мироздания. Выходит, для многократного выполнения сложных задач потребуются разные подходы. Однако даже при таком раскладе частить не стоит, ведь даже у самой воспаленной фантазии есть границы. Тем более что…
— Разве для этого не надо знать великое множество нитей? — спросил Аменир.
Все сущее в реамантии условно названо тканью мироздания, а его составные части — нитями. То, что отдаленно можно обозначить их существованием, приходится на ирреальное, то есть их нельзя увидеть, услышать или почувствовать. Можно лишь знать, о наличии той или иной нити мироздания, чтобы взаимодействовать с ней посредством куба. Поэтому одной богатой фантазии не хватит, чтобы обойти защитный механизм реальности потребуются огромные знания природы вещей, благодаря которым можно будет найти новые варианты и обходные пути.
— Надо знать. Поэтому я тебя и учу. И ты будешь их знать, — Этикоэл вновь посмотрел на ученика как на неразумного ребенка. — Правда, скорее всего, очень нескоро.
Аменир уже привык к язвительным шуткам своего учителя. Если это, конечно, были шутки. Поэтому он не обратил внимания на очередную колкость и решил воспользоваться внезапно пробудившейся словоохотливостью старика:
