Любая похвала Этикоэла обычно заканчивалась оскорблением. Так или иначе, это все же была похвала, и Аменир был даже благодарен своему учителю за нее. У пожилого реаманта хоть и был скверный характер, но если взглянуть под определенным углом, то можно увидеть заботливого, доброго и мудрого старца. Только надо очень долго вглядываться. Очень долго.
— И вообще, откуда ты понабрался таких категорий — зло, добро? — продолжил ворчать Тон. — Ты же реамант, пусть и туповатый малость, но реамант. Должен бы уже прекрасно осознавать, что истины, как и двух названных тобой полярных абсолютов, в нашей реальности не существует в чистом виде. Они относительны в бесконечности всевозможных сторон мироздания, у каждой нити своя истина.
— Но можно же увидеть по последствиям, добро сотворил человек или зло, — возразил Аменир.
— Последствия это следствия других последствий, которые в свою очередь являются следствиями более ранних последствий и так далее. И в будущее они устремляются точно так же. Конечный результат какого-либо действия мы не можем узнать, пока существует время. А ведь невозможно судить о незаконченных поступках и вещах: добро это или зло. И если существование нашей реальности незакончено, то как можно различить, что в ней хорошо, а что плохо? То, что кажется благом в данный момент, может повлечь катастрофу в скором будущем. И наоборот.
Кар понял доводы учителя, но какая-то часть него отказывалась принимать их. Каждый ребенок знает о добре и зле, что свет всегда сможет одолеть тьму, и все будут жить долго и счастливо. Так воспитываются и растут люди, они приобретают такие качества, как сострадание, внимание, доброта, любовь, терпение, вера в лучшее будущее и подобные им. Но если это все относительно, то достаточно лишь взглянуть на добродетели под другим углом, и станет понятно, что это не более чем просто слова, которые имеют значение для весьма ограниченного круга людей, понимающих их по-своему. И каждый человек вкладывает только ему понятный смысл в определения "добра" и "зла".
— Однако ведь существует некая общечеловеческая мораль, законы общества и государства, — снова возразил Аменир, но на этот раз менее уверенно.
— Я не собираюсь спорить с тобой, — раздраженно отмахнулся Этикоэл. — Это все придумали люди. А люди — идиоты. Посмотри вкруг, и увидишь, что они натворили! Некогда процветающая страна превратилась в памятник насилию и братоубийственной войне. Здесь нет места морали и законам, повсюду лишь бессмысленная резня и потоки крови. Обезумевшие вдовы рвут на себе волосы. Сироты умирают с голоду, выгнанные на улицы алчными домовладельцами. Калеки, так называемые ветераны войны, вынуждены просить милостыню у тех, кто посылал их на смерть.
Старик разошелся не на шутку, он соскочил с поваленного дерева и начал нервно ходить перед обескураженным Каром, брызжа слюной, бешено вращая выпученными глазами и потрясая неопрятной бороденкой.
— Разжиревшие твари во дворцах втаптывают свой же народ в землю, перемешанную с навозом и пропитанную кровью детей и женщин. А простолюдины, так сказать, мирное население. Они, что ли, хорошие? Нет, совсем нет. Покажи им монету, и эти свиньи бросятся убивать тех, кто дал им кров и пищу! Неблагодарные сволочи забывают про верность, стоит им вкусить похоти и жадности. Верная жена? Ха! Надо просто предложить нужную цену. Целомудренная дочь? Как бы не так! Весна забродит в крови, и она задерет подол перед первым же встречным смазливым засранцем! Присяга солдата? Ерунда! Пообещай мужику жратву, выпивку и баб — он пойдет воевать за тебя против самого Света! О, про Церковь забыли, про наших достопочтимых священников… Что-то они не гнушаются жиреть за счет прихожан, навешивать на себя золотые побрякушки и прибирать все больше и больше земель "для нужд веры"! Грязь, мерзость, упадок! В этой реальности нет места твоим хваленым законам и морали, глупый мальчишка!
Тишина навалилась на Аменира столь внезапно, что он не сразу смог снова слышать звуки леса. Резко замолчавший лысый старик все еще описывал круги перед ним и громко сопел. Юный реамант поднялся на ноги и встал на пути наставника. Этикоэл остановился, посмотрел на него, и, тяжело вздохнув, отмахнулся от своих мыслей. Ни слова не сказав, он двинулся вглубь леса, увлекая за собой ученика.
— Мы сможем это изменить? — осмелился спросить Аменир после продолжительного молчания. — Это ведь наша цель, сделать мир лучше…
— Человек может сделать все, что способен представить, — ответил Тон поговоркой.
— С помощью реамантии?
— Да.
— Тогда…
— Заткнись и тихо следуй за мной, — старик в очередной раз удивил Аменира, когда, пригнувшись к земле, беззвучно и стремительно двинулся вперед. — Кажется, мы уже близко.
