«Штабс-капитанское Движение является движением общенародным, и поэтому оно не допускает никакого классового, кастового или сепаратистского подхода к решению русских проблем.
В виду этого для Штабс-капитанского Движения в одинаковой степени являются врагами:
а. Коммунист или социалист, проповедующий «диктатуру пролетариата»;
б. Дворянин, проповедующий возвращение сословный привилегий;
в. Самостийник, добивающийся расчленения России;
г. Еврейство и масонство, добивающиеся подчинения России интернациональным силам»[675].
Остальное содержание касается тактических установок, организационных моментов и — отдельным пунктом — работы среди иностранцев. Ни о каком шпионаже или, наоборот, помощи зарубежным разведкам речь там, конечно, не идет. В основном, о необходимости влиять на общественное мнение посредством печати, участия в собраниях и т. п.
Созвучным идее «Белой Империи» была задуманная Солоневичем книжная серия. Она называлась «Белая библиотека».
«О Белой библиотеке разговор был поднят еще с генералом Миллером, — вспоминал Иван Лукьянович. — «Нужно дать зарубежью сумму каких-то элементарнейших, простых, ясных и хорошо написанных книжек о самых элементарных, самых насущных проблемах современной русской жизни: о земле, о православии, монархии, об империи, о рабочем вопросе, о промышленности, об еврействе и прочее. Одному человеку это не под силу. Организации у меня нет. Давайте вместе». Генерал Миллер уклонился: «Да ведь это же будет политика». — «Ну конечно, политика». — «Нет, знаете, мы военная организация, мы в политику не вмешиваемся».
В результате русское зарубежье, на девяносто процентов монархическое, в девяноста девяти случаях из ста не сможет отстаивать своего монархизма. «Да, я монархист». А почему монархист? Потому ли, что у вас при монархии были имения? Потому ли, что при монархии был порядок, или потому, что монархия является национальной формой государственного бытия? Ничего этого не известно. Аргументация Льва Тихомирова совсем устарела: после нашей-то «бескровной», после провала американского «просперити» для монархии можно найти неизмеримо более убедительные доводы, чем те, которыми в свое время располагал Л. Тихомиров, — доводы, основанные на бесспорных исторических фактах. Где они? Нет их. Где итоги фашизма и национал-социализма? Серьезные, продуманные, оцененные с русской точки зрения? Нет их. Где опыт организации современных армий? Организации всего вооруженного народа для современной тоталитарной войны? Нет его. Где ясное и толковое изложение православной идеи, написанное не консисторским языком и в применении этой идеи к грядущей борьбе и строительству? Ничего нет.
