«Мне кажется, что именно здесь, в Германии, психология социализма-коммунизма-фашизма и прочих синонимов раскрывается яснее, чем где бы то ни было. Яснее даже, чем в России. Ибо русская интеллигенция, десятилетиями готовившая революцию и десятилетиями несшая кровавые жертвы на алтарь этой революции — жертвы и чужими жизнями, но и своими собственными — эта интеллигенция изменила революции и пошла в армии Деникина и Колчака, в восстания Кронштадта и Тамбова, в эмиграцию и подвал. Немцы пошли в фашизм и революцию все: и принцы, и социал-демократы, и даже коммунисты. В России было сопротивление, в Германии его не было. В России гражданская война фактически не прекращается и до сих пор, в Германии не было ни одной битвы. Социалистическая философия Германии, вместе с ее пангерманизмом, была принята совсем всерьез»[719].
«Одним из наиболее выдающихся событий позднейшего времени является та революция (или контрреволюция), которая НЕ произошла в России в 1941–42 годах: она изменила бы судьбы не только России и Европы, но и всего мира», — написал Солоневич в «Народной монархии»[720]. Эта оценка многим сегодня не по нраву. Тут вам и альтернативная история, и ее фальсификация.
Споры о Власове и власовцах не утихают до сих пор. Часто в этих спорах вспоминают и фразу Солоневича — о том, что «ни Власов, ни тем более Жиленков ни в Бога, ни в черта не верили ни на одну копейку»[721]. Апологетикой РОА пусть занимаются другие, но и оппонентам этих апологетов хочется сказать: право же, цитировать надо все-таки корректно. Ведь в той же статье Солоневича «Акция генерала Власова» (1948 год), откуда была выдернута эта фраза, есть и такие слова:
«Всю власовскую акцию можно рассматривать с трех точек зрения:
1) генерал А. А. Власов есть изменник Родины;
2) генерал А. А. Власов есть герой;
3) генерал А. А. Власов есть жертва катастрофически сложившихся обстоятельств.
Я лично стою на третьей точке зрения»[722].
С генералом Власовым Иван Лукьянович, кстати, был знаком лично. Борис Солоневич, уже после смерти старшего брата, даже преувеличивал, что мол И. Л. немало сорокаведерных бочек водки выпил с Власовым и его генералами. Сам Иван Солоневич об этих встречах отзывался скромнее:
«Мы, русские люди, жившие в Германии, с Власовым не пошли. «Социалистический вестник» может утешаться тем, что мы, эти русские люди, оказались для Власова слишком реакционными. Но это очень плохое утешение. Ибо ведь кроме генерала Власова существовал еще и генерал Краснов. Неужели Р. Абрамович может предположить, что генерал В. В. Бискупский, генерал А. А. Фон Лампе, полковник Н. Д. Скалон, С. Л. Войцеховский и И. Л. Солоневич оказались слишком реакционными даже и для генерала П. Н. Краснова? Мы, русские люди, жившие в эти годы в Германии, видели и знали, что дело идет об уничтожении России и русского народа. Генерал А. А. Власов этого не знал. Генерал П. Н. Краснов это знал. До моего приезда в Германию не знал этого и я.
