На радиосвязи Уилл узнал, что советско-канадская лыжная экспедиция «Полярный мост» находится всего в 50 милях от финиша – острова Уорд-Хант. Как впоследствии, много позже, мне рассказывал руководитель экспедиции Дима Шпаро, именно эти последние мили были едва ли не самыми трудными и драматичными для них за все 90 дней экспедиции. Дело в том, что в начале июня у берегов острова Элсмир образуется полынья шириной от нескольких сотен метров до десяти километров. Эта полынья могла стать самым серьезным препятствием на пути экспедиции. Для ее преодоления были сброшены на парашютах резиновые лодки, но, как будто в награду за все испытания холодами и ветрами, которые пришлось выдержать ребятам, особенно на начальном этапе маршрута, Арктика подарила им огромную льдину, перегородившую полынью прямо по их курсу. Участники экспедиции благополучно перебрались на припай, а затем – на шельфовый ледник Уорд-Хант и завершили первый в истории пеший переход через Ледовитый океан от берегов России до Канады.
Я все еще лелеял мечту поговорить с участниками экспедиции по радио и поздравить их на родном языке. К вечеру ветер успокоился и стало непривычно тихо, настолько, что ночью было слышно, как по крыше палатки шелестел снежок. Спать было очень уютно, но, несмотря на это, я уже который день спал крепко только до трех часов ночи, а затем просыпался чуть ли не каждый час – все боялся проспать, да и сновидения были какие-то беспорядочные и странные: вчера снился отец, а сегодня – мой знакомый журналист Володя Стругацкий почему-то в знакомых до боли желтых ботинках «Salomon» и с газетой «Смена» наперевес. Может, это все от переутомления…
Погода в течение дня: температура минус 10 – минус 18 градусов, облачно, в конце дня прояснение, видимость хорошая, ШТИЛЬ!
Нет, это был не сон! Стихший накануне вечером ветер так и не думал просыпаться. Я поверил в это окончательно только, когда выбрался из палатки в 6 часов утра. За последнее время мы настолько свыклись с постоянными завываниями ветра за стенками палатки, что внезапная и непривычная тишина действовала совсем не успокаивающе. Скорее наоборот – просыпаясь ночью, я долго ворочался в спальном мешке и не мог заснуть: мешала тишина, точнее, ожидание ветра. Не верилось, что он может просто так отстать и успокоиться. Мне все время казалось, что в следующее мгновение его мощное и неровное дыхание сметет эту хрупкую, невесомую тишину за стенками палатки, все встанет на свои места и я смогу наконец спокойно уснуть. Но шли минуты, а ветер все никак не просыпался…
