Несмотря на то что мы остановились на перерыв за 15 минут до положенного времени, нам с Джефом пришлось начинать ланч вдвоем: упряжек Кейзо и Уилла, скрытых расстоянием и складками местности, даже не было видно. Точнее, ланч начал один Джеф – мой томился на нартах Уилла. Всякий раз, выходя на маршрут, я думал о том, чтобы переложить мой мешок с ланчем на нарты Джефа, и всякий раз надеялся, что уж сегодня при хорошей погоде и прекрасном скольжении упряжка предводителя все-таки займет подобающее ей место, но, увы, всякий раз обманывался в своих ожиданиях. Джеф, конечно, предложил мне отведать орешков из его запасов, но я благородно отклонил это предложение и продолжал вынужденную сидячую голодовку. На этот раз Уилл и Этьенн приехали через 40 минут! Мне удалось довольно здорово подмерзнуть (особенно досталось рукам). Не в пример вчерашнему дню было достаточно свежо, даже в полдень. Вышли только в 14 часов (на полчаса позже обычного) и до 17 держались вместе, а на последнем участке сегодняшней дистанции вновь растянулись.
Когда мы остановились, в ожидании приезда своего дома я помог Джефу распрячь собак, пользуясь при этом случаем размять натруженные мышцы своему любимцу Чубаки. Мы поставили палатку, я провел метеонаблюдения, и только после этого на почти обжитую территорию лагеря въехали Уилл и Этьенн. Несколько раньше прибыли Кейзо и Бернар. Настроение у предводителя было мрачным, по-видимому, из-за собак. После того как наша уцелевшая после памятной Помпеи «Eureka» была установлена, я пошел распрягать собак. Кейзо, уже расправившийся со своей упряжкой, пришел мне на помощь, чтобы мы могли вместе начать кормление упряжек. Это было крайне важно, особенно сейчас, когда собаки были очень голодны и чрезвычайно бурно реагировали на любое промедление или неадресную, по их мнению, раздачу корма. Мы начинали с упряжек Уилла и Кейзо, как наиболее недисциплинированных в этом смысле. Я мог себе представить, что чувствовали собаки Джефа, видя такую чудовищную несправедливость: они были первыми в работе и последними в кормлении!!! Все, как в дурном сне, то есть все, как у людей.
«Потерпите, милые, еще чуть-чуть, – мысленно обращался я к собакам Джефа, имея в виду прежде всего, конечно же, Чубаки, – будет и на вашей улице праздник!» И он настал! Мы с Кейзо с двух рук молниеносно накормили джефовских собак, а Чубаки получил добавку, которую я, признаться, стащил с нарт предводителя. Я думаю, это было вполне справедливо не только как награда за сегодняшний день, но и за все то, что сделала эта замечательная собака для нашей экспедиции.
Погода в течение дня: температура минус 20, днем до минус 10 градусов, ветер юго-восточный 4–6 метров в секунду, ясно, видимость хорошая.
В последний день весны настроение у Ее Высочества было явно неплохим, то ли потому, что она, как и все мы, радовалась наступлению – пусть короткого и загадочного, – но все-таки лета, то ли просто решила нас напоследок немного побаловать. Ярко-синее небо, морозец и легкий традиционно юго-восточный ветерок – три основных признака хорошего настроения Ее Высочества – были налицо, когда я утром выбрался из пока еще своей палатки. Пока еще своей потому, что завтра половине из нас, в том числе, увы, и мне, предстояло великое переселение: мы в очередной раз менялись палатками. И это был не просто обмен жилплощадью в пределах одного населенного пункта. Это был обмен, если хотите, образом жизни или по крайней мере ее укладом, привычками, вероисповеданиями, политическими взглядами, национальными кухнями и прочими, быть может, менее значительными, но не менее важными индивидуальными особенностями каждого из нас. Иными словами, это был полномасштабный международный обмен.
