Он снял свой пиджак со стула и прошел мимо Конте, будто мимо вешалки. Они вышли вместе в зал, сели в самом дальнем углу и словно по щелчку выпивка стояла уже на столе – Фефе был всегда внимателен к своевременной подаче. Бутылка рецины7 означало хороший жест в сторону гостя. Только приближённые знали, что Фалардо, чья мать была гречанкой, предпочитает именно греческое вино для особо значимых событий.
Два тяжеловеса в своей среде выпили залпом по стакану крепкой рецины. Затем ещё по одной. Только после третьей, без единого звука Фефе поднёс закуски. Первым разговор начал Ив:
– Значит, они нашли тебя, Конте. Браво, мои овации стражам порядка с улицы Невинных.
– У них была оправданная срочность, что даже пришлось растрясти покойника. Давно не виделись, Ив, со времён ограбления в Пассаже Карэм.
– Годы быстро летят, Конте. Давай сразу к делу: я даю срок в одну неделю чтобы ты нашёл убийцу Жанетты.
– Не понимаю зачем я-то тебе нужен. Твои парни будут похлеще любых ищеек из Департамента. Про методы отправления правосудия я совсем молчу – у тебя один старина Фефе стоит всех палачей, каких только знали со времён Средневекового Парижа.
– Это не так просто. Если бы я мог, то я бы не подымал тебя из могилы.
– Ясно. Ну, выкладывай. Что было между вами, кто она такая, кроме того, что мне уже известно.
Фалардо отставил в сторону стакан. По его глазам было видно, что он погрузился в глубокие воспоминания.
– Ещё до её первого выхода на сцену случай столкнул нас у Марсьяля. Я зашел днем к нему на аперитив и так по мелочам, поболтать. Тогда я ещё ничего о ней не знал, она только должна была выйти на сцену тем вечером. Жанетта уже собиралась уходить, и знаешь, как бывает, я решил задержать её… За что молниеносно был наказан пощёчиной. Обычно я не допускаю такого отношения даже от женщин.
– Что-то мне подсказывает, что для неё ты сделал исключение… – вставил ремарку Конте.
Фалардо улыбнулся и продолжил свой рассказ:
– Это была эффектная шатенка, обладающей какой-то внутренней магией, она могла ничего не делать, даже не говорить, лишь бы была рядом. Полтора года кипели страсти между нами. Но даже для такой истории был предписан свой конец – мгновенно вспыхнуло, мгновенно погасло. Прошли месяцы, прежде чем я понял, что не могу жить без неё, а она за это время поняла лишь то, что больше не хочет возвращаться к прежней жизни.
– И её нельзя упрекать за это, Ив.
– Ты не прав, Конте. Незадолго до случившегося, я узнал от Марсьяля что она покидает кабаре и собирается замуж за человека из высшего света – его имя она не сказала бы даже под жестокими пытками. Как итог, её нашли задушенной в гримёрке после последнего выступления ровно две недели назад.
– Сентиментально, Ив. Только я слишком хорошо знаю тебя, чтобы поверить, что ты так просто отпустил бы эту кошечку к другому. И я слишком хорошо знаю людей, работающих на тебя.
– За это время я вытряс всех, кого только мог, Конте, но ничего не узнал. Но ты должен. Иначе я прикажу своим людям начать волну погромов везде, где только мне вздумается. И тогда пострадают очень многие. Я буду делать это лишь в надежде на то, что за время этой хаотичной охоты я подстрелю нужного зверя.
Выдержав паузу, Конте налил себе ещё немного вина и начал понемногу его смаковать, словно испытывая на прочность своего визави, который внимательно следил за каждым его движением.
– Хорошо. Я возьмусь за это дело. – немного лукаво ответил Конте. – Но учти Фалардо, если я узнаю, что ты водишь меня за нос, я разберусь с этим делом по-своему.
Ив выдохнул с облегчением:
– Считай, что это сделка.
Фалардо периодически поглядывал на явно нервничавшего Фавро, который чувствовал себя неловко в роли обывателя и как следствие, чудовищно бросался в глаза. То ему вдруг вздумалось растеребить игровой автомат, то попытка достать сигареты с витрины закончилась неудачей. Всё время Адриан ронял что-то на пол, и его неловкий жест чуть не оказался последним, что он сделал в этой жизни. Поднимая с пола упавшую зажигалку, он случайно задел локтем проходящего мимо психопата Луку, который рывком схватил его за ворот:
– Эй, смотри под ноги, не то рискуешь собственной шеей! – рявкнул психопат, и оттолкнул Фавро в сторону.
Всё могло закончиться на этом нелепом моменте, но инспектор не стал закрывать глаза на такое вызывающее хамство. Отряхнувшись, он догнал подлеца и одёрнул его за плечо, пытаясь ответить на его выпад:
– Без году неделя, а строишь тут хозяина! Тявкнул, и побежал! Что, слабо объясниться в глаза, или боишься, что твоё личико могут помять?
