– Что ж, мсье Фавро, обязательно приходите на шоу вечером, уверен, вам понравятся наши артистки и сервис – анонимность гарантируется абсолютно каждому гостю, мы тщательно следим за комфортом каждого.
Фавро предпочёл молча кивнуть, ведь каких-то других наставлений от комиссара он не получал и неловкими порывами не хотел выводить его из себя, тем более, после осечки в «Шеваль Бланш».
– Ладно, Марсьяль, опустим прелюдию, ведь ты и так от и до знаешь, зачем мы здесь.
– Следуйте за мной. – мсье Шапю повёл гостей по узкому коридору сразу за сцену в святая святых заведения.
Остановившись у запертой на мощный замок двери, он недолго покопался в кармане в поисках ключа. Ловким движением, он распахнул двери, громогласно заключив: «Вот её гримёрка».
В гримёрной Жанетты ничего не намекало на тот факт, что она мертва. Напротив, казалось, будто вот-вот в неё войдёт знойная красотка и начнёт прихорашиваться перед огромным зеркалом к следующему выступлению. Шкаф с нарядами был приоткрыт, на стуле перед туалетным столиком беспорядочно висели пары чулок, на самом столике – разбросаны помады, расчёски и другие женские атрибуты красоты. Несколько пар туфель на высоком каблуке вовсе валялись беспорядочной кучей в углу. В воздухе пленительно повис аромат лучшего французского парфюма, наперевес с редкими нотками табака. Конте будто прощупывал глазами каждый закуток, медленно, без суеты, в голове пытаясь воссоздать моменты жизни убитой.
– Она делила её с кем-нибудь? – задумчиво спросил комиссар.
– Нет, я сразу выделил ей отдельную студию, когда она пришла сюда из «Зелёного Какаду». После её убийства сюда заходили только легавые, а позже я вовсе запер комнату и никого сюда не впускал.
– Марсьяль, ты что-то забирал отсюда после её смерти?
– Только украшения, купленные мной для выступлений. Я поместил их в сейф. Убийца к ним не притронулся, даже на ней в момент её печальной гибели было побрякушек на несколько тысяч. Но нет, они все остались на месте.
– Из этого следует лишь то, что он не был вором. – скромно заключил Фавро.
– А где можно посмотреть на то, что осталось?
– В моём кабинете, мсье Конте. Сейф там. – В этот момент в дверях появился администратор Бонне, его выражение лица было более чем встревоженным. – Простите, мсье Конте, и вы мсье Фавро, мне нужно ненадолго уйти. Можете предпринимать все необходимые действия – «Чёрная кошка» в вашем распоряжении.
Конте медленно прошёлся по всей комнате несколько раз – его не покидало ощущение, что какую-то деталь полиция всё же могла пропустить. Но у его непризнанной правой руки было иное мнение…
– Комиссар, я считаю, что нам здесь делать нечего. После убийства прошло несколько недель, до нас здесь побывала полиция, и возможно, уйма народу, о чём нам не говорит хозяин кабаре. Считаю, что больше всего шансов отыскать что-то стоящее в номере её отеля или в личных вещах, изъятых нашими коллегами. Ведь…
Внезапно Конте приблизился к большому зеркалу и прервал болтовню Адриана:
– А теперь заткнись на пару минут, Фавро.
Просверлив атрибут орлиным взглядом, он рукой прошёлся по всей раме, затем дёрнул каждую лампочку, торчавшую по бокам. После, его очень заинтересовала сама зеркальная гладь, и взяв с туалетного столика Жанетты острый тонкий пинцет для бровей, он протянул его между рамой и зеркалом. Сначала с одной стороны, потом с другой, а потом ему пришлось залезть на стул, чтобы проделать тоже самое с верхней частью зеркала, хорошенько её осмотрев.
Усилия комиссара не были напрасными – с самой верхней части ему всё-таки удалось вынуть остриём пинцета какой-то свёрнутый листок бумаги, после чего, он сразу сунул его себе в карман. И это было правильным решением, ведь словно чёрт, вмиг на пороге появился Бонне:
– Желаете кофе?
– Я думал, заведение в нашем распоряжении, Бонне. Или старина Марсьяль уже успел передумать?
– С волками дружи, но за овцами приглядывай. Так что насчёт кофе?
Конте понял, что особого толку дальше не будет, да и то, что требовалось, он уже нашёл.
– Атмосфера здесь чересчур возбуждённая и без кофе. Слушай, Бонне. У этой Жанетты были подруги? Хотелось бы кое-что разузнать получше…
– Не могу сказать, что у неё были близкие подруги Конте, с другими артистками она держалась на вытянутую руку если не сказать больше. Через полтора часа у нас будет репетиция, все девочки будут в сборе. А пока поговорите хотя бы с одной из артисток, Кларин Бревюссо, она живёт дальше всех, потому приходит раньше. Думаю, узнаете больше, чем я или Марсьяль сможем вам рассказать.
Беседа комиссара с Кларин не представляла интереса ни для Бонне, ни для Марсьяля. Потому у Конте и Фавро была на этот случай некая свобода – как только они вышли из гримёрки убитой, администратор сразу запер её на старый надёжный замок и удалился по своим делам.
Конте взглянул на засыпающего на ходу напарника, и сразу понял, что тот начинает скучать. План созрел сам собою, и новичку было решено уступить дорогу:
– Теперь твоя очередь, Фавро. Можешь позадавать вопросы этой кошечке, какие – выбирай сам. Я представлюсь, а дальше дело за тобой.
