Конте подумал, что она имела в виду грядущее выступление, но Рита имела в виду совершенно другое шоу.
– Что ж, спасибо за сеанс, мадам или мадемуазель Каллас. До скорой встречи, я надеюсь на это.
Комиссар понял, что пиши пропало – а ведь он был так близко, чтобы добиться расположения «Чёрной Кошки», и ему ничего не оставалось, как откланяться и оставить её в покое.
В это время в зале томился Фавро, которого крайне интересовал исход беседы Конте с дерзкой южанкой. Увидев немного нахмуренного Конте, он тут же поспешил справиться о новостях:
– Вам удалось что-то узнать, патрон?
– Увы, ровным счётом ничего, Фавро. Её бесполезно о чём-либо сейчас спрашивать, она не скажет правды. – с досадой в голосе ответил Конте.
– Теперь в участок? – разочарованно спросил Адриан.
– Давай напоследок заглянем к Марсьялю, меня по-прежнему интересует содержимое его сейфа.
В кабинете Шапю на самом деле был хороший огнеупорный сейф. В присутствии Конте и Фавро дверца была открыта хозяином, а содержимое представлено вниманию и разложено на столе, подобно праздничной нарезке деликатесов. Мельком Конте бросил взгляд на нижнюю полку сейфа – меж ценных бумаг и стопок банкнот он, к своему удивлению, заметил какие-то чертежи, издали напоминавшие судоходные карты, а рядом с ними – Библию.
– Двенадцать колье, четырнадцать браслетов, шестнадцать колец, семь брошей… – Бонне речитативом зачитывал опись содержимого, пока Марсьяль следил за действиями и реакцией Конте. На самом деле, его волновал не интерес Конте к убийству Жанетты, а само его присутствие в заведении, и на это была справедлива причина, которую вместе с Бонне он надеялся оставить в строжайшей тайне. Но не опередил ли его Конте?
– Где её помолвочное кольцо? – раз за разом рассматривая со всех сторон шестнадцать колец убитой, Конте предполагал, что пропустил рубины и бриллианты, подаренные ей к несостоявшейся свадьбе.
Марсьяль и Бонне переглянулись: разве намеревались они скрыть что-то от комиссара?
– Какое? – в один голос вопросили те двое.
– Кольцо, которое подарил ей жених, с рубинами и бриллиантами. – продолжал настаивать Конте.
– Может, это подойдёт? – пытаясь быть полезным, Фавро заострил внимание на одном из ювелирных изделий.
– Разве рубины – зелёные? Нет, Фавро, совершенно очевидно, что этого кольца здесь нет.
– Мсье Конте, неужели вы хотите сказать, что мы его спрятали от вас? – в интонации Марсьяля прослушивались нотки нервозности и волнения, ведь он прекрасно понимал, что Конте в первую очередь работает на Ива Фалардо и его банду.
– Я ничего не хочу сказать, Марсьяль. Ничего.
– Ну если ничего, тогда мсье Бонне проводит вас.
Наконец вся свистопляска вокруг места преступления была окончена, Конте и Фавро покинули «Чёрную Кошку» и направились на старенькой альпине к бульвару Сен-Жермен.
В машине Коте-Фавро пытался пересмотреть карточки из материалов дела в поисках важных улик.
– Исходя из описи в деле, кольца не было на ней и в день её смерти. Может, это и была причина её убийства? Убийца всё-таки был вором, и…
– И побрезговал другими побрякушками? Нет, Фавро, здесь не всё так просто.
– Да, в этом вы правы. Кстати, патрон, вам удалось узнать настоящее имя этой Риты?
– Говорит, что Эвора Каллас, но я не особо верю этим словам.
– Но ведь всегда можно проверить по картотекам…
– Картотеки на корабельных шлюшек? Да ты совсем перегрелся, Фавро. Чёртов Меркурий, будь он неладен…
– Кто?
– Не важно, Фавро. Но на нашу голову взгромоздилась ещё одна загадка: куда исчезло, а главное почему исчезло именно это кольцо. Знаешь, мне что-то резко захотелось согласиться на уговоры Кларин и посмотреть это шоу. Говорят, к интуиции нужно прислушиваться.
– Как мило, папа, что ты дождался моего приезда! – Вернувшись из южного департамента Эро, Анжелик была счастлива застать отца дома, в это время обычно он должен был быть на рабочем месте. Но лишать себя радости встречи с любимой дочерью он категорически не хотел – и на это у него была веская и неочевидная причина.
– Как съездила, дорогая? – в голосе Годена чувствовалась нотка волнения.
– Замечательно! Папа, осенний юг прелестен! Мне так этого не хватало, в самом деле, нам нужно собраться всем вместе на Рождество… – Анжелик пребывала в предвкушении праздника. Снимая свой прелестный алый берет, она поспешила присесть к камину и обогреть руки.
– Ну и прекрасно. Почему ты не осталась там на дольше?
– Соскучилась по тебе! И по Мари-Роз тоже. Кстати, как она поживает, с ней всё хорошо? За эти четыре дня она ни разу не подошла к телефону, я надеюсь, она не обиделась на меня…
– За что ей на тебя обижаться, Белоснежка? У неё всё хорошо, ты же её знаешь, она на месте не усидит. Хочешь чего-нибудь перекусить?
– Нет, спасибо, папа, перед отъездом от бабушки и тёти я плотно позавтракала. Мари-Роз сейчас дома?
