– Кларин, все успели покинуть помещение?
Накинув ей на плечи своё пальто, комиссар оглянулся по сторонам в поисках знакомых лиц.
– Комиссар Конте, Бонне, Бонне остался внутри! Ему нужно помочь выбраться оттуда!
– Это бесполезно, Конте… – послышался голос Фавро, еле переводившего дыхание. – Я был последним, кто его видел, он сидел за роялем и играл мелодию варьете. Наверное, бедняга совсем чокнулся. Откуда вы узнали о бомбе? И что с вами случилось? Вид у вас, мягко говоря, непрезентабельный…
Конте обратил взгляд на потуги подоспевших пожарных, снова оставив озадаченного Фавро без ответа.
– Закончили? – прервал тишину строгий голос Орельена.
Белио бегло пробежался по тексту и поставил внизу последнего листа свою подпись.
– У вас весьма правдоподобно получается слагать небылицы. Прошу, мой автограф в вашем распоряжении.
– Прекрасно. Дверца сейфа не заперта, можете забрать деньги…
Но обернувшись, Годен больше не увидел Белио – окно было открыто, а деньги по-прежнему оставались в сейфе. Могло показаться, что в кабинете никого и не было, кроме ветра, развивающего над столом волнистую тюль.
Орельен подошёл к столу и забрал бесценный документ, набрав номер полицейского участка:
– Говорит Орельен Годен. Соедините меня с комиссаром Молла.
Комиссар Робер Молла приехал довольно быстро – через полчаса после телефонного разговора с Орельеном Годеном его машина уже стояла перед парадным входом особняка. Луиз провела комиссара в кабинет мсье Годена, и сразу после того, как она принесла две чашки кофе, дверь кабинета наглухо закрылась.
Мари-Роз, вернувшаяся домой после бегства сестры, теперь была хозяйкой особняка. В этих холодных стенах её не трепали тоска или сожаления о содеянном, но и счастливой она себя не чувствовала. Расхаживая в роскошном наряде по пустому дому, странное ощущение стеснённости заставило выйти её на просторный балкон. Сделав несколько глубоких вдохов, она взглянула вниз и увидела полицейскую машину, из которой на перекур вышел инспектор Биззар. Мари-Роз была взволнованна увиденным и поспешила спуститься вниз, по пути перехватив служанку Луиз с бельём.
– Луиз, ты не знаешь, почему полицейская машина стоит под нашим домом?
– Мадемуазель Мари-Роз, я знаю лишь то, что комиссар сейчас разговаривает с мсье Годеном в его кабинете. И да, мсье запретил их беспокоить.
Дочь Годена охватили переживания, которые раньше она никогда не испытывала. Наверное, потому что первый раз она переживала за кого-то ещё, кроме себя. Наконец она решилась попытаться украдкой подслушать, что же творится за дверью кабинета её отца, но как только она подошла, двери начали открываться, и Мари-Роз спряталась за колонной.
– Признаюсь вам, мсье Годен, что я не относил вас к людям, достойным моего уважения. Этим поступком вы доказали, что чиновник может быть честным.
– Всё в порядке, комиссар Молла. Откровение за откровение – я и сам недавно открыл это в себе.
Орельен Годен вышел с комиссаром Молла, и Мари-Роз тайком проследовала за ними. Когда они уже оказались на улице, она не осмелилась выйти следом, а быстро поднялась на балкон.
Когда Годен уехал вместе с Молла, Мари-Роз снова захватило странное ощущение – это ведь то, чего она хотела. Тогда почему же она плачет?
Альпина комиссара Конте ехала вдоль Набережной Сены. Бросив машину на площади неподалёку, он подошёл к телефонной будке и набрал телефон участка.
– Это Конте, соедините меня с Биззаром. Алло, Биззар? Есть новости от Робера для меня?
– Да, Конте, кое-что есть. Ты оказался прав, он всё оставляет за собой. Не знаю, как тебе это удалось, но знай – мы твои должники.
– Ты ошибся адресом, я не ростовщик. Будь здоров, Биззар, передавай привет Роберу.
Закончив разговор, Конте отправился на неспешную прогулку под скупым ноябрьским солнцем, как бы невзначай рассматривая баржи и лодки. И рядом с одной он всё-таки решил остановиться. Это было маленькое, старенькое, но ещё довольно резвое судёнышко с потёртыми боками. Деревянный настил был хорошо оттёрт, а над палубой уже развешивали бельё. Конте подошёл поближе, и облокотившись на небольшой парапет у края, начал насвистывать оживлённую песенку, привлекая внимание трудолюбивой хозяйки. И он добился своего – девушка посмотрела в его сторону.
– Хороший сегодня денёк, не правда ли?
– Да, мсье, особенно для стирки. – засмеялась девушка.
– Давно живёте наплаву?
– Недавно. – немного замялась хозяйка. – Вы что-то ищите здесь?
– Ищу духовного наставника.
– А, так вы к пастору Ренодену пришли? Его пока нет, но он скоро вернётся, как раз к обеду. Я могу бросить вам мостик, можете подождать его на палубе.
Улыбаясь, Конте положительно кивнул.
Оказавшись на палубе баржи, комиссар выбрал самое солнечное место – на корме, и чтобы быть ещё ближе к солнцу, забрался на верх грузового контейнера. Пока Анжелик заканчивала возиться с бельём, Конте молча грелся на солнце в ожидании Белио.
