В дверь постучались, и Лестер поднял хмурый взгляд на вошедшего. Дарестэль Керанэ служил еще его отцу, это был незаметный эльф с короткими светлыми волосами и блекло-серыми глазами. Он мастерски умел растворяться и в толпе, и в пустом кабинете, скрываясь в полумраке. Наблюдающий за теням. Лестер подумал, что название должности как нельзя лучше отражает суть этого эльфа.
— Ваше величество? — короткий поклон, и он вновь отходит в единственную в освещенном солнцем и свечами кабинете тень.
— Мне необходимо обсудить с тобой донесения с северной границы.
— Кого вы хотите проверить? Рисанэ?
— Присматривай за всеми, но особенно меня интересует Миратэ. Он может ослушаться приказа. Действий никаких не предпринимайте, но мне докладывайте. Больше внимание удели другим границам. Западной.
— Фелин’Сен?
— Они сейчас больше обеспокоены ситуацией в центральных землях и Рестании, меня интересует Арле.
— Но за Фелин’Сеном тоже приглядывать, — понятливо дополнил Дарестэль.
— Вот именно. Вы свободны, лорд Керанэ.
— Мой король.
Он исчез так же бесшумно, как появился, лишь скрипнула дверь кабинета.
«Надо приказать слугам смазать», — подумал его величество прежде, чем его мысли вновь поглотила работа. Только полный идиот может считать, что королем быть прекрасно. Богатство, власть — где они? Лестер в жизни своей никогда ничего не видел, кроме войны и кип документов, а голова его была забита лишь государственными делами. Виски ломило от постоянной боли: мысли бегали по кругу — как решить очередную проблему, как вытащить королевство из той ямы, в которую оно упало, как победить северных орков. Больше всего на свете ему сейчас хотелось провести время с детьми. Он так давно не видел Линэль — она уже несколько месяцев жила в Озерной долине, — а с Лидэлем можно было бы устроить тренировку на мечах, а то мальчишка совсем в замке засиделся — как и он сам. А ведь был еще Ловэль. Он, конечно, совсем малыш, но не успеет Лестер оглянуться, как и третий сын вырастет и станет слишком взрослым для отцовской заботы. А Лоренс? Ведь они с ним уже много лет говорят лишь о делах. Да по-хорошему, всю жизнь. Лестер — король, Лоренс — кронпринц, над ними в первую очередь довлеет долг и только потом — чувства.
Тяжело вздохнув, Лестер закрыл глаза и потер виски: боль не уходила. Он должен придумать, как навсегда прогнать северных орков. Он должен защитить семью.
— Отец?
Лестер поднял голову и встретился взглядом с горящими упрямством темно-зелеными глазами. Сколько лет прошло, а они до сих пор выбивают почву у него из-под ног…
— Что?
— Я закончил. — Лоренс протянул отцу папку с переделанными документами. Лестеру открыл ее, и брови его поползи вверх.
— Я же сказал…
— Я не считаю нужным…
— А я — считаю! — Он захлопнул папку. — Переделывай.
— Уже, — отчеканил принц.
— Лоренс!
И очередная ссора начала набирать обороты.
Галерея портретов располагалась в восточном крыле дворца и большую часть времени была закрыта. В нее не пускали посторонних — гостей и придворных, — а больше никто, кроме королевской семьи и слуг во дворце не жил. Последним было не до любования портретами рода Леранэ — да и королева была строга к праздно гуляющим служанкам, — а первые не имели никакого интереса. У короля с кронпринцем не было времени, у близнецов и Ловэля — желания. Единственным посетителем Галереи портретов была королева Алеста. Она часто наведывалась сюда, гуляя по темному залу — почему-то здесь было мало канделябров, и редкие свечи едва разгоняли сгустившийся мрак. С потрескавшихся стен — Лестер упорно отказывал ей в ремонте дворца — смотрели лики правителей прошлого. Здесь висели портреты всех королей Рассветного Леса, начиная с Лисэна. Каждый раз глядя в холодные даже на полотне глаза первого правителя светлых эльфов, Алеста думала о том, каким же могуществом обладал этот мужчина. Больше ни у кого из его потомков не было
Помимо королей здесь висели их супруги и дети. Около портрета кронпринца Ларета Алеста всегда останавливалась: ее несостоявшийся жених. Если бы тогда Судьба в лице северных орков не забрала его, сейчас она была бы не только королевой, но и матерью наследника…
— Ваше величество, светлого дня.
— Лорд Виранэ.
Она посмотрела на этого спокойного и немного простоватого, несмотря на свой титул, эльфа. Он был одним из боевых товарищей ее мужа, но, в отличие от остальных, разъехавшихся по своим поместьям, остался в столице. В его землях сейчас жила его старшая дочь, а младшая вместе с сыном росла с отцом.
— Что-то случилось?
— Его величество просил передать, что не сможет принять вас вечером.
— Ничего страшного, у короля много забот. Можешь передать его величеству, что я услышала его, — учтиво ответила королева, мысленно скрежеща зубами.
Чтобы хоть как-то отвлечься от обуреваемых ее чувств, Алеста перевела взгляд на стену с портретами и увидела собственного мужа. Такой же, как и в жизни: холодный, замкнутый, высокомерный. С ним не могла бы быть счастлива ни одна женщина.
