«Легко тебе говорить, Авелис! Ты выскочила замуж за своего генерала, который от тебя без ума. Променяла красивую жизнь с достойным лордом в столице на провинцию и разрушенное поместье вместе с любимым, — с гневом думала Алеста. — Но я не могла так поступить, я должна была исполнить волю матери. И я не собиралась унижаться, как ты, принимая вопиющие недостатки будущего мужа. Я знаю, ты меня осуждаешь за то, что прогнала Нареля, но я — не ты. Ты готова терпеть оскорбления, я — нет. У меня есть гордость и мужчинам придется считаться с нею! Нарель предал меня, выбрав своего бастарда-чудовище. Лестер же не может позабыть свою Илинеру. Но он не умеет любить по-настоящему, иначе бы не относился так к старшему сыну. Лестер — бесчувственная ледяная глыба, жизнь с ним невозможна, и все же я смогла. Я подарила ему троих детей, я была достойной женой и королевой. А что получила за это? Пренебрежение? Ты говоришь, милая Авелис, что мне нужно поговорить с мужем. Ты не знаешь, что я говорила, но он вечно занят. Лестер терпеть не может обсуждать чувства и выслушивать мои претензии. Я не буду унижаться еще раз и искать его общества. Я королева, а не служанка, чтобы бегать за своим господином. А ты, Авелис, можешь и дальше унижать меня, хвастаясь своим удачным браком. Я посмотрю, каким будет род Рисанэ через сто лет. С таким отношением ты никогда не найдешь достойного мужа для своей дочери. Кто продолжит ваш род? Никчемный племянник Рисанэ, Сатиэль? Очень хорошо, я даже помогу вам в этом».
Эльела всхлипнула особенно громко, закончив свой рассказ, и Алеста была вынуждена прервать свои измышления. Она обернулась к плачущей девушке: та сидела на краешке дивана, комкая пальцами промокший платок и морщила свой покрасневший носик. Королева смерила ее презрительным взглядом — какая она леди, если не умеет держать лицо? — но тут же лицемерно улыбнулась и опустилась на диван рядом с юной эльфийкой.
— Не волнуйся, дитя, я помогу тебе в твоей беде.
В их мире многочисленные расы делились на светлых и темных — по поклонению Свету и Тьме, естественно, — но это деление было весьма условно. Жители юга и Рестании в большинстве своем молились Забытым Богам, причем среди них находились как темные, так и светлые. Выбор веры был личным делом каждого, хотя существовали государства и расы, за которых все было предопределено. К примеру, темные и светлые эльфы: они с рождения имели сильную связь со Светом или Тьмой. Среди людей иногда появлялись колдуны и чернокнижники, которые также были связаны с Тьмой. Конечно, они могли возносить молитвы кому угодно, но тому, кому покровительствует Тьма, не слышен голос Света.
