– Что-что? – пробормотала потрясенная Тэсан, прижав ладонь к груди. Кажется, некоторые Белые сестры совершенно не уделяют внимания тому, что творится в мире вокруг них. – Феране? Ты знала об этом?
Феране не ответила ей.
– До меня… доходили слухи, – промолвила тучная Мийаси. – Если они правдивы, нужно что-то делать.
– Да, – ответила Эгвейн. – Но сейчас мы, к сожалению, не в состоянии сосредоточиться на ал’Торе.
– Он несет опасность для всего мира, – протянула узколицая Тэсан, чуть подавшись вперед. – В первую очередь мы должны разобраться именно с ним.
– Нет, – возразила Эгвейн. – У нас есть другие дела.
Мийаси, нахмурившись, сказала:
– Надвигается Последняя битва, так что более важных дел я не вижу.
Эгвейн отрицательно покачала головой:
– Если прямо сейчас заняться Рандом, то мы будем походить на фермера, который глядит на свой фургон и сокрушается, что у него нет ничего на продажу, а сам не замечает, что у фургона треснула ось. Нагрузи телегу раньше времени – тогда она сломается и все будет еще хуже, чем прежде.
– Что именно ты хочешь этим сказать? – требовательно спросила Тэсан.
Эгвейн покосилась на Феране.
– Мне понятно, – кивнула Феране. – Ты намекаешь на раскол в Белой Башне.
– Будет ли треснувший камень надежным фундаментом для дома? – спросила Эгвейн. – Удержит ли протершаяся веревка мечущуюся в панике лошадь? Так можем ли мы, в нашем теперешнем состоянии, надеяться на то, что справимся с самим Драконом Возрожденным?
– Тогда зачем ты усугубляешь раскол, настаивая на своем праве на Престол Амерлин? Где логика? Ты противоречишь сама себе, – заявила Феране.
– Ты считаешь, если я откажусь от претензий на Престол Амерлин, то ситуация в Башне улучшится? – спросила Эгвейн.
– Стало бы легче.
Эгвейн приподняла бровь и сказала:
– Давайте представим на секунду, что, отказавшись от претензий на звание Амерлин, я сумела бы убедить восставших вернуться в Белую Башню и признать Элайду правительницей. – Произнеся эти слова, Эгвейн еще выше вздернула бровь, демонстрируя, насколько вероятным она считает такой оборот событий. – По-вашему, раскол был бы исцелен?
– Ты же сама сейчас именно так и сказала, – нахмурилась Тэсан.
– Неужели? – переспросила Эгвейн. – Разве тогда сестры перестанут бегать по коридорам, боясь и шагу ступить в одиночку? Разве женщины из разных Айя, случайно встретившись в тех же коридорах, перестанут враждебно поглядывать друг на друга? При всем должном уважении разве избавимся мы от чувства, что нам необходимо каждодневно носить наши шали – как постоянное напоминание о том, кто мы такие и чему верны?
Феране бросила короткий взгляд на свою шаль с белой бахромкой.
– Я уверена, что вы, как никто другой в Белой Башне, – подавшись вперед, продолжала Эгвейн, – понимаете, как важно разным Айя действовать сообща. Нам нужно, чтобы Айя принимали к себе женщин с различными способностями и интересами. Но какой для нас смысл отказываться от совместной работы?
– Вовсе не Белые виноваты, что в отношениях между Айя возникла эта… прискорбная напряженность, – недовольно фыркнув, заметила Мийаси. – В ней виноваты другие – те, кто действует излишне эмоционально.
– За сложившуюся ситуацию ответственны те, кто правит ныне, – отметила Эгвейн. – Те, для кого в порядке вещей тайно усмирять сестер и казнить Стражей еще до того, как их Айз Седай приведут на суд. Те, кому ничего не стоит лишить сестру шали и низвести ее до принятой, кому ничего не стоит распустить целую Айя. Что уж говорить о столь опасном решении захватить и посадить под замок Дракона Возрожденного, причем принятом даже без обсуждения на Совете? Стоит ли после всего этого удивляться, что сестры так напуганы и встревожены? Разве все, что произошло с нами, не было совершенно логичным?
Троица Белых сестер безмолвствовала.
– Но я не сдамся, – продолжала Эгвейн. – Не склонюсь, пока расколу не будет положен конец. И впредь я не перестану утверждать, что Элайда – не Амерлин. Своими действиями она это доказала. Хотите помочь в битве с Темным? Что ж, тогда первый ваш шаг связан вовсе не с Драконом Возрожденным. Первым делом вы должны протянуть руку сестрам из других Айя.
– Почему мы? – промолвила Тэсан. – Мы не отвечаем за промахи, совершённые другими.
– Полагаете, вас вообще не за что винить? – спросила Эгвейн, позволив капле своего гнева просочиться наружу. Неужели никто из сестер не возьмет на себя даже малую толику ответственности? – Кому, как не вам, сестрам из Белой Айя, понимать, куда заведет нас эта дорожка. Конечно, Суан и остальные Голубые не без греха, но вы-то обязаны были осознать эту ошибку – низложить Суан, а потом позволить Элайде распустить Голубую Айя. Кроме того, я уверена, что кое-кто из вашей Айя непосредственно причастен к возведению Элайды на Престол Амерлин.
