Мин пошатнулась, и он, вопреки своей воле, толкнул ее наземь, почти не замечая ее попыток сопротивления. Ранд навис над девушкой, с силой сдавливая рукой ее горло и продолжая душить. Она смотрела на него, глаза ее начали вылезать из орбит.
«Этого не может случиться».
Семираг смеялась.
«Илиена! – застонал Льюс Тэрин. – О-о Свет! Я убил ее!»
Ранд крепче сдавил горло девушки, наклонившись над ней пониже; его пальцы впивались в кожу, сжимая горло Мин все сильнее. Он словно бы сдавливал собственное сердце, и мир вокруг почернел, все вокруг погрузилось во мрак, за исключением Мин. Он чувствовал у себя под пальцами биение ее пульса.
Эти прекрасные черные глаза глядели на него – глядели с любовью, даже когда он убивал ее.
«Этого не может случиться!»
«Я убил ее!»
Я обезумел!
«Илиена!»
Должен быть выход! Должен! Ранду хотелось закрыть глаза, но он не мог. Она не позволит ему этого сделать – и не Семираг, а Мин. Не давая ему отвести взора, она не сводила с него своих глаз, по ее щекам текли слезы, черные кудряшки растрепались. Как она прекрасна.
Ранд рванулся к саидин, но дотянуться не сумел. Собрав воедино всю свою волю, до последней капли, он силился разжать пальцы, но они продолжали сжимать горло девушки. Он был в ужасе, он чувствовал ее боль. Лицо Мин побагровело, веки задрожали.
«ЭТОГО НЕ МОЖЕТ СЛУЧИТЬСЯ! Я НЕ ПОСТУПЛЮ ТАК СНОВА!» – взвыл про себя Ранд.
Внутри его будто оборвалось что-то. Он похолодел; затем холод исчез, и он больше ничего не чувствовал. Никаких чувств. Никакого гнева.
В этот момент он осознал присутствие странной силы. Она походила на громадный источник воды, кипящей и бурлящей где-то рядом, вне поля зрения. Он потянулся к этой силе разумом.
Перед взором Ранда возникло чье-то лицо, оно было словно в туманной дымке, и он не сумел различить его черт. Через миг лицо исчезло.
А Ранд обнаружил, что его наполняет какая-то чуждая сила. Не саидин, не саидар, а нечто иное. Нечто такое, чего он прежде никогда не чувствовал.
«О-о Свет! – вдруг вскричал Льюс Тэрин. – Это невозможно! Мы не можем этим воспользоваться! Отринь это! Избавься! Это смерть! Смерть мы держим, смерть и предательство».
«Это – ОН».
Стоя на коленях возле Мин, Ранд закрыл глаза и направил странную, неведомую силу. Энергия и жизнь хлынули через него – мощный поток силы, подобной саидин, только в десять раз сладостней и в сто раз неистовей. Эта сила вдохнула в него жизнь, заставила осознать, что он никогда прежде не был настолько живым. Она дала ему такую мощь, какую он и представить себе не мог. Своей мощью она могла посоперничать даже с той силой, которой он обладал, черпая из Чойдан Кэл.
Ранд закричал – в восторге и в ярости – и принялся сплетать гигантские копья из Огня и Воздуха. Он швырнул плетения на свой ошейник, и комната будто взорвалась множеством огненных вспышек от частичек расплавленного металла – и каждый пламенный язычок он видел ясно и отчетливо. Ранд чувствовал каждый мельчайший кусочек металла, на которые разлетелся ошейник, чувствовал, как эти кусочки насыщают воздух своим жаром и испускают дымные следы, ударяясь о стену или пол. Он открыл глаза и отпустил Мин. Девушка тяжело задышала, всхлипывая и ловя ртом воздух.
Ранд встал и повернулся, и по венам его словно бежала раскаленная добела магма – почти как в те минуты, когда его пытала Семираг, но сейчас все было как-то совершенно иначе. Несмотря на ту же мучительную боль, Ранд испытывал крайний экстаз.
Семираг была потрясена до глубины души.
– Но… Это невозможно… – вымолвила она. – Я ничего не чувствую. Ты не мог… – Вытаращив глаза, она неотрывно глядела на Ранда. – Истинная Сила… Почему ты предал меня, Великий повелитель? Почему?
Ранд поднял руку и, наполненный силой, которую не понимал, создал одно-единственное плетение. Полоса чистейшего белого света, очищающего пламени, вырвалась у него из руки и ударила Семираг в грудь. Семираг вспыхнула и исчезла, оставив перед глазами Ранда лишь свой гаснущий образ. Ее браслет упал на пол.
Элза кинулась к двери. Еще одна полоса белейшего света, и Черная сестра исчезла, на мгновение сама превратившись в свет. Браслет ее тоже оказался на полу: обе женщины были полностью выжжены из Узора.
«Что ты наделал? – спросил Льюс Тэрин. – О Свет! Лучше бы опять убить, чем совершить такое… О-о Свет. Мы обречены».
Еще какое-то мгновение насладившись силой, Ранд – с сожалением – отпустил ее. Он и рад бы был не выпускать ее, но совершенно выдохся. Исчезнув, неведомая сила оставила Ранда в оцепенении.
Или же… нет. Охватившее его онемение не имело никакого отношения к той силе, которая только что бурлила в нем. Повернувшись, Ранд посмотрел на Мин – девушка тихо покашливала и потирала шею. Она подняла на него взгляд, и вид у нее был напуганный. Ранд сомневался, что когда-нибудь она снова увидит его прежним.
