– Нет, Айз Седай! – ответил гвардеец. – По-моему, огненный шар вылетел изнутри самой Башни. Откуда-то с верхних этажей, и целили по летающим тварям.
– Что ж, по крайней мере, хоть кто-то еще бьет в ответ, – произнесла Саэрин. – Откуда его выпустили?
– Я не видел, – отозвался солдат, по-прежнему всматриваясь в небо. – О Свет, вот еще один летит! И еще!
Красно-желтые вспышки отразились от клубов дыма наверху, озарив сад светом, едва различимым сквозь дверь и окна. Ракен испустил крик боли.
– Саэрин Седай! – окликнул ее капитан Чубейн, поворачиваясь от группы раненых солдат. Саэрин не заметила, как они появились, – ее внимание было отвлечено Кэтрин. – Вот эти спустились с верхних этажей. Похоже, там есть второй опорный пункт обороны, и действуют там весьма успешно. Шончан прекращают свои атаки внизу и сосредотачиваются на нем.
– Где? – оживившись, спросила Саэрин. – Где точно?
– На двадцать втором уровне, Айз Седай. Северо-восточная часть.
– Что? – переспросила Кэтрин. – Апартаменты Коричневой Айя?
Нет. Так было раньше. А теперь, когда коридоры Башни поменялись местами, в этой части Башни были…
– Комнаты послушниц? – произнесла Саэрин. Это казалось еще более нелепым. – Да как же, ради всего… – Она умолкла, и ее глаза слегка округлились. – Эгвейн.
Каждый безликий шончанин, которого поражала Эгвейн, перед ее внутренним взором представал Ринной. Девушка стояла в проломе, зиявшем в боковой стене Башни, и ветер дергал ее за подол белого платья, трепал волосы и завывал в унисон ее ярости.
Однако гнев ее не был неконтролируемым. Он был холоден, подвергнут перегонке и отмерен. Башня горела. Эгвейн это Предсказала, это предстало ей в Сновидении, однако реальность оказалась гораздо хуже ее опасений. Если бы Элайда подготовилась к неминуемому, то ущерб был бы намного меньше. Но нет смысла желать того, что не случилось.
Вместо того чтобы сокрушаться и жалеть о несбывшемся, Эгвейн нашла, на что направить свой гнев – гнев справедливости, ярость Амерлин. Она сбивала одного то’ракена за другим. Эти летающие твари были куда менее поворотливыми, чем их крылатые собратья помельче. К этому времени она сбила, должно быть, уже с дюжину и ее действия привлекли внимание находившихся возле Башни врагов. Внизу сражение затихало, и все свои силы налетчики стягивали теперь против Эгвейн. Послушницы бились со штурмовыми отрядами шончан на лестницах, тесня их обратно. То’ракены носились в воздухе и кружили вокруг Башни, пытаясь одолеть Эгвейн с помощью щитов или огненных взрывов. Более мелкие ракены то и дело пролетали рядом, и с их спин в нее пускали стрелы арбалетчики.
Но она была резервуаром, источником Силы, черпая ее из глубины с помощью ребристого жезла в руках и направляя через группу послушниц и принятых, укрывшихся в комнате позади и соединенных с нею в круг. Эгвейн была частью того огня, что горел повсюду в Башне, отбрасывая на небеса кровавые отсветы пламени и раскрашивая воздух дымом. Казалось, она вовсе не существо из плоти и крови, а сгусток чистейшей Силы, вершащей правосудие над теми, кто осмелился принести войну в саму Башню. Вспышки молний низвергались с неба, а облака вскипали вокруг. Ее руки метали огонь.
Вероятно, Эгвейн следовало опасаться, что она нарушает Три клятвы. Но она не боялась. Это была битва, в которой нужно сражаться, и она не жаждала нести смерть – хотя, возможно, ее гнев на сул’дам подталкивал ее к этому. Солдаты и дамани были только несчастными жертвами.
Белая Башня, священное обиталище Айз Седай, подвергалась нападению. Опасность угрожала всем Айз Седай – и опасность много бóльшая, чем смерть. Те серебристые ошейники сулили нечто гораздо худшее, чем смерть. Эгвейн защищала себя и каждую женщину в Башне.
Она заставит шончан отступить.
Щит за щитом пытались отсечь ее от источника, но эти попытки подобны были стараниям детских рук остановить ревущий поток водопада. Ее, обладающую такой мощью, способен был остановить разве что полный круг, но шончан не использовали круги; этого не позволяли ошейники-ай’дам.
Нападавшие готовили плетения, чтобы поразить ее, но всякий раз Эгвейн первой наносила удар – или отклоняла огненные шары воздушным потоком, или попросту сбивала то’ракена, на котором сидели женщины, пытавшиеся ее убить.
Сколько-то чудовищ улетело в ночь, унося пленниц. Эгвейн поразила тех, кого смогла, но в налете участвовало очень много то’ракенов. Некоторым удастся уйти. И сестры станут пленницами.
В каждой руке девушка сформировала по огненному шару и сбила еще одно чудовище, подлетевшее слишком близко. Да, некоторые уйдут. Но дорого за это заплатят. Это была еще одна ее цель. Она должна позаботиться о том, чтобы на Башню больше никогда не нападали.
Этот налет должен им обойтись очень дорого.
– Брин! Наверху!
