Девочка по-прежнему молчала, но не сопротивлялась, когда Фёдоровна взяла её за руку и повела в кухню. Там старуха усадила свою гостью на табурет возле стола и повернулась к плите. Плита была современная - электрическая с сенсорной поверхностью - и на ней стояла большая эмалированная кастрюля с доходящим супом. Фёдоровна привычно уже (и чего только люди не понавыдумывают!) ткнула пальцем в окошко 'выкл.' и стала наливать наваристый суп в глубокую тарелку.
- Я тебе вермишельки побольше положу и кусочки курочки, - приговаривала она, посыпая суп в тарелке рубленой зеленью. - Знаю, что так все детки любят. И внучок мой так же ел - вермишельку и мясо из супа выловит, а картошку с морковкой оставляет, негодник! - Фёдоровна судорожно вздохнула, подавляя невольный всхлип. - Так картошки у нас сейчас и нету уже, и не знаю, когда она ещё появится.
Фёдоровна поставила тарелку перед девочкой, вручила ей ложку и сухарь вместо хлеба. Девочка не шевельнулась. Она всё так же сидела на табурете и безучастно смотрела на Фёдоровну своими большущими бледно-голубыми, как лёд, глазами. Пытаясь скрыть разочарование, Фёдоровна снова заговорила:
- Может ты не голодная? Может, я просто что-нибудь вкусненькое тебе приготовлю? Не есть, а так - полакомиться, - Фёдоровна крепко задумалась, а потом открыла один из кухонных шкафчиков и стала перечислять продукты, которые там лежали. Но девочка не реагировала на их названия. - О! Есть желатин. Я желе для тебя сделаю. Сейчас достану ягодный морс...
Фёдоровна обернулась, и на этот раз ей показалось, что в глазах у девочки промелькнула искра заинтересованности. Тогда она решила, что малютка должно быть немая, а может и глухая тоже. 'Ну что ж главное, что жива и детей рожать сможет, когда подрастёт' - рассудила старая женщина, готовя компоненты для желе. Вскоре оно было разлито в стеклянные вазочки и отправлено застывать в холодильник. Тут в кухню вошёл Сергеич с умытым и посвежевшим, но встревоженным Петром.
- А вот и пропажа! - воскликнул Сергеич. - Я же говорил, что Фёдоровна о ней позаботится. Вон и супом уже её кормит.
- Без Катерины Мила не будет есть, - качнул головой Пётр. - Катя её нашла и только она может с ней управиться.
- А что с ней такое? - спросила Фёдоровна.
- То же, что и со всеми - у неё на глазах умерли близкие, она надолго осталась одна. Для ребёнка этого более чем достаточно, чтобы замкнуться на себе, - Пётр вздохнул. - Нехорошо, что мы её оставили. Катерина, понятно, устала. Ей особенно тяжело приходится из-за беременности, но я-то не должен был забывать...
- Брось, Петя на себя пенять, - посоветовал Сергеич. - Девчушка твоя теперь среди людей будет, перерастёт, поправится. Правильно я говорю, а, Фёдоровна?
- Да, Серёжа, будем надеяться, что так всё и будет, - вздохнула старуха и повернулась к Петру. - А давно она с вами?
- Да уже около трёх месяцев, - Пётр погладил белокурую головку девочки и она подняла к нему лицо. - Я их первыми вместе с Катериной встретил, когда к Порогам направлялся. Увидел дым от покрышек, которые Катя жгла специально, чтоб её заметили, и подошёл. Она меня предупредила, что в Порогах АЭС рванула, так что теперь там всё радиацией заражено. Очень умная и мужественная женщина.
- А остальные как к вам прибились? - поинтересовался Сергеич.
- Мне нужно было добраться до Петровска - там жил мой брат... - ответил Пётр. Сергеич понимающе кивнул. - Катерина была не против, и мы отправились в путь. К сожалению, я не умею водить машину, поэтому дорога заняла у нас много времени. В каждом селе мы останавливались и разжигали дымный костёр, чтобы к нам выходили выжившие. Несколько раз они действительно выходили, но с нами идти никто не захотел, а некоторые - так вообще с оружием прогоняли. С тех пор и я ношу с собой обрез. Диму мы встретили, когда добрались до Петровска. Тоже дымом от покрышек привлекли. Как потом оказалось - не только его...
- В каком смысле? - переспросил Сергеич, хотя уже догадывался, о чём пойдёт речь. - Кто-то ещё к вам пришёл?
- Да, - вздохнул Пётр. - Человек десять малолетних бандитов. Они разгромили полгорода. Даже не знаю зачем. Вероятно, просто от нечего делать. Жгли дома, взрывали бензоколонки. Это Дима нам потом рассказывал. Он сам к нам и вышел-то только потому, что подумал, будто это те молодчики что-то подпалили, а он как раз хотел к ним в банду попроситься. А когда понял, что ошибся, то расстроился. Говорил, что с нами пропадёт, что в этом мире выживает сильнейший, - Пётр невольно улыбнулся.
- А вы в эту категорию не входили? - тоже улыбнулся Сергеич.
- Ну да, так он вначале подумал.
- А что потом?
- Потом на нас напали, - просто сказал Пётр. - Те самые молодцы, к которым Дима стремился попасть. Стрелять-то они толком не научились - видно в армии никто из них отслужить ещё не успел...
- Такие молодые? - всплеснула руками Фёдоровна.
