Жгучие дорожки слез выкатились из-под век и потекли по щекам. Выждав немного, я открыла глаза и поморгала. В темноте ночи я видела только мутные очертания деревьев и крепости, да блеклый диск луны, который ненадолго выкатился из-за туч.
Размяв пальцы, коснулась припорошенной инеем травы. Холод сковал ладони, но тут же отступил под напором магии.
Я использовала поисковую технику – подобие сенсорного тумана Эйдана, чтобы обнаружить следы врага. Она оплетала земли вокруг крепости. Невидимая и неслышимая, передавала мне информацию.
Я чувствовала легкие отголоски чужой силы, волнение и шум магического фона. Они создавали помехи, но я продолжала плести технику с привычным упорством. Все дальше и дальше, глубже и глубже.
В какой-то момент остановилась, удивленная. Сердце забилось о грудную клетку, кровь ударила в голову.
Эту ауру я знаю. Помню спустя столько лет. Она отпечаталась во мне намертво, я не могу ошибаться!
– Саар, – выдохнула и стиснула зубы. – Так ты здесь. Бежишь, как крыса?
Ощущение присутствия врага было и сладким, и горьким, и долгожданным. Оно было смутным, отдалялось, как будто враг мчался в противоположную сторону. Если бы я была кошкой, у меня бы на загривке вздыбилась шерсть, а уши прижались к голове.
Я закрыла глаза и нервно рассмеялась. На смену лихорадочному возбуждению пришло ледяное спокойствие.
Отпустить тебя? После того, что ты сделал?
О, сейчас я прекрасно понимала Зена. Мы с ним одного поля ягоды. Эта жажда мести – страшная отрава. Если внутри уже есть червоточина, яд заполняет ее, как трещину в камне. Заставляет забыть обо всем, кроме своего темного желания.
Я найду Саара даже слепая, хромая и мертвая.
Гром меня убьет. Но если я не пойду за Сааром прямо сейчас, он сбежит. Точно сбежит!
Сердце сжалось от отчаяния и сомнений, но меня быстро отпустило. Раскаяние потом, а сейчас будь что будет.
Я надвинула маску на лицо и набросила на голову капюшон. Побежала вдоль обрыва, с каждым шагом быстрее и быстрее, огибая крепость по дуге. Дорога пошла под уклон, я углублялась в лес. Под ногами хрустела белесая корка, в подлеске дрожали от ветра раскидистые листья папоротника.
Глаза слезились, а холодный ветер нещадно хлестал по лицу. Зрение все еще было плохим, но тело знало, куда нужно идти, как не наступить в яму и не запнуться о корни. Словно каждый шаг был предначертан заранее, он приближал меня к цели. Казалось, это все уже когда-то было. Только теперь мы поменялись ролями, и из жертвы я превратилась в охотника.
Броня из молний вспыхнула ярче, реагируя на ловушку. Дерево разлетелось щепками, которые обратились остро заточенными пластинами. Одна зацепила край накидки, но не ранила. На всякий случая я снова призвала хиту и отбилась от огненного щупальца, упавшего на меня сверху.
Этот трус боится. Его злоба и страх пропитали сам воздух. Но сейчас он казался мне самым сладким из ароматов, я не могла надышаться.
Крепость все отдалялась.
Все, что я делаю, безумно эгоистично. Противоречит всем правилам. У меня не было приказа, кроме того, что подсказывала искореженная жаждой мести душа.
Солдат из меня плохой. Зато хороший маг! И Гром это знает. Ему все равно нужно избавиться от главы опасного рода, я помогу. Потом пусть карает, если сочтет нужным.
***
Я сжал и разжал обожженные пальцы, сплюнул кровь. Огненный демон, которого я с большим трудом загнал обратно в мир мертвых, оказался силен.
Все закончилось быстро. Даже несмотря на то, что враг был предупрежден и ждал нас. Даже несмотря на предательство изнутри.
– Ушел! Он ушел!
– Мы его упустили!
Я обернулся к ребятам.
– Спокойно.
Нас поджидал сам Тидрэ Саар и его огненная свора. Он готовился насладиться триумфом, но в итоге убегал, как побитая собака.
– Я догоню его. Всем ждать и следить за ситуацией. Май, – я обернулся к парню. Он стирал с лица кровь. – Ты не видел Зена?
– С самого начала операции, – тот покачал головой.
Плохо. Вероятно, Офра погиб. Не удалось обойтись без жертв.
– Что делать с этим? – Рой пнул связанного магическими путами господина Хидэ.
Тот вяло закряхтел и упал на спину.
Наши глаза встретились. В его зрачках застыло отчаяние и немая злость. Залитое кровью лицо напоминало маску демона с фестиваля победы над тьмой, который проходил каждую зиму.
Сволочь. Зря я не слушал интуицию, которая еще утром ковыряла нутро тупой иглой. Он уже давно нас предавал, мир с Шиссаем был ненавистен этому человеку, и он возомнил, что имеет право решать.
А быстро стареть Хидэ начал из-за использования артефактов для призыва демонов.
– Пусть ждет суда, – бросил я и отвернулся.
С каменного балкона открывался вид на обрыв с россыпью острых камней на дне. Я закрыл глаза, сливаясь со стихией. Магический снег передавал информацию о движении врага. Оборачиваясь стихией, я не видел, но мог ощущать.
Саар не один. С ним еще трое приспешников и…
В голове потемнело от ярости, страшно захотелось выругаться, и я скрипнул зубами.
Мирай! Попадись только мне, шкуру спущу!