– Говорят, что вы с князем Андреем Курбским, оказывается, известные кулачные бойцы… Приходил, зазывал… Знаю, когда раньше на масленицу устраивались кулачные бои, ты с ним был непременным участником… Даже прославились оба… Только на этот раз я своего царя биться на кулаках не пущу… На следующий год, пожалуйста… Для других более важных битв в твоей жизни поберегу… Много еще их у тебя будет, никуда они от тебя не убегут…
– Тебе видней, царица… В первый год супружества, конечно, можешь и поберечь супруга от кулачков, но только в первый… Кулачного бойца от боев беречь – только портить, над душой бойцовской его измываться… Тот же Курбский потом подтрунивать в кругу своих друзей-воевод будет – обабился царь-государь…
– …Не говори так, милый своей телочке… – надула свои губки царица. – Все у тебя впереди… Знаю, что тебя не удержишь от кулачных боев и охотничьих потех… Знаю, что любишь ряженых в маски скоморохов, вожаков с медведями, бродячих кукольников с Петрушкой… Много ты уже мне рассказал о своих привычках…
– …И еще расскажу, коли слушать супруга-царя будешь… Так, милая, издревле на Руси повелось, ничего не попишешь… И ряженых в маски скоморохов люблю, и вожаков медведей, и масленичные обрядности, когда ходят по всей Русской земле с ручными медведями цыгане, татары или крестьяне, из Нижнего, Костромы и Ярославля… Каков народ, таков и царь их… Честно признаюсь, обожаю игрища с медведями на масленицу… Представляешь, при каждом ручном медведе ходит два вожака, из которых старший играет на барабане или скрипке, а другой изображает из себя «козу»… Для чего чудак наряжается в длинный, надеваемый прямо на голову мешок… К верхнему концу которого прикреплялось грубое изображение козлиной морды, состоявшее из двух рожков, двух щелкавших одна об другую челюстей и бороды…. И начинаются представления ученых медведей с пляски под звуки барабана или скрипки, затем медведя заставляют проделывать разные бытовые сцены: как мальчишки горох воруют, как бабы румянятся, как теща блины печет… И нет ничего смешней медвежьих плясок, и нет ничего оскорбительней для русского человека прозвища «козлиной морды», «козла вонючего»…
Не отпустила Анастасия в медово-масленичный месяц царя на кулачные бои – не дождался друга-бойца на льду Москвы-реки Андрей Курбский – и на потехи скоморохов с медведями и «козами» – не до того молодым в безбрежной неге. Сколько страсти и нежности пролилось у юного царя и юницы-царицы в сырную неделю широкой масленицы, предшествующей Великому посту…
Все эти чудные дни широкой масленицы: понедельник-«встреча», вторник-«заигрыши», среда-«лакомка», четверг-«разгул», пятница-«тещины вечерни», суббота-«золовкины посиделки», воскресенье-«прощеный день», были днями их безумной юной любви и нежности…
Словно отдавая дань наследию времен язычества, царь легко и просто прощался со своими отроческими охотничьими языческими страстями, от охоты за зверями и девками до игры «в покойника с саваном»…
Словно начав празднество в честь языческого бога Велеса-Волоса, знаешь, что через святыню с языческими корнями Николы Можайского Меченосца придешь к осознанию Христа с его Нагорной Проповедью и тайны Троицы – Триединого Бога и Воскресения…
Вот и закончилась масленичная неделя обрядом сжигания масленицы – чучела из снопа соломы… Иван научил Анастасию литовскому обряду последнего дня масленицы, которому его самого научила в раннем детстве матушка:
– Прощеное воскресенье перед первым дне Великого поста должно заканчиваться полосканием рта, так как по древнему поверью в литовских землях черти каждую ночь понемногу могут выдергивать остающийся на зубах сыр, пока всего не выдернут вместе с зубами….
– Не может быть… – ахнула царица. – Я и не знала… Не полоскала рот…
– Теперь будешь… – хохотнул Иван. – …Так положено… Конец масленицы… Недаром же в народе говорят: «Не все коту масленица»… Если при встрече масленицы народ говорит: «Хоть что заложить, а масленицу проводить», то уже после ее проводов жалуются: «Масленица объедуха, деньгам приберуха… Пили за масленицу, a с похмелья ломало на радоницу… Масленица широка, аж затопила пост Великий…»
Наконец, с началом Великого поста звон тысяч московских колоколов столицы «сорока сороков» призвал православных христиан к скорбной молитве и покаянию… И моментально стихло масленичное веселье, и город, и души тут же окутала дымка не показушного смирения и благочестия… Иван и Анастасия, одевшись, как простые паломники, пешком по снегу и холоду отправились в Троице-Сергиеву лавру…
Это было первое в их жизни совместное паломничество к православным святыням знаменитого русского монастыря. Там они в молениях провели всю первую неделю Великого поста, причащаясь и приходя каждый день для поклонения к серебряной раке со святыми мощами преподобного Сергия Радонежского Чудотворца.
