Доехав до станции Ла-Сутеррен, Кевин определился с выбором. Он отправится на юг, через горы и леса, следуя пешеходному маршруту № 654. Он пройдет по древним римским дорогам в окружении дубов и грабов, через поляны с руинами хлебных печей и часовнями, увитыми плющом. Он увидит, как саламандры стремительно проносятся мимо, словно желтые молнии, и, возможно, встретит бобров, возвращающихся к реке. На равнинах он остановится перед пестрыми стадами коров, которые уставятся на него, задумчиво жуя траву. В деревнях будет пробираться между каменными домами с закрытыми ставнями. Он отправится туда, куда поведут его ноги, как делал это еще подростком.
Отшагав шестьдесят километров до Лиможа, Кевин почувствовал, что рюкзак стал тяжелым и давит на плечи. Свернув с мощеной улицы под ближайшую арку, он вытащил все, что посчитал лишним: костюм, пару мокасин, белые рубашки, книги и разную мелочь. Сложив все на видном месте, Кевин продолжил путь: люди сами разберутся, что им нужно. Он надел не слишком подходящие кроссовки, но плевать. Никто здесь не собирался бить рекорды.
Кевин шел десять дней под чудесным ясным небом. Он шел, чтобы спастись; он даже торопился – словно каждый шаг увеличивал расстояние между ним и его воображаемыми преследователями. Он покупал еду в сельских магазинах, где рядом с кассой всегда лежала местная неучтенная продукция: хлеб, сыр, овощи и фрукты. Он останавливался в гостевых домиках, пару раз ночевал под открытым небом или наведывался на ближайшую ферму. Стоило только попросить, и двери открывались. Не все, конечно, но обычно его молодости и красоты хватало, чтобы завоевать расположение хозяев. Фермеры кормили его едой, которую по старой памяти припасали для странствующих нищих. Он помогал по хозяйству и поддерживал беседу. Слушал грустные истории, которые, впрочем, не надрывали душу. Деревенская работа была тяжелой – как и всегда. Вместе с хозяевами Кевин пил за их здоровье. Затем бросал свое одеяло на диван или на солому. Жизнь казалась ему восхитительно простой.
Пересекая реку Тардуар в окрестностях местечка Шалю, Кевин внезапно осознал, что больше не является миллионером. Неминуемый крах компании Veritas сделает принадлежащие ему акции неликвидными и, по всей видимости, ничего не стоящими. Всего несколько дней назад при оценке Veritas в ходе нового раунда по привлечению средств Кевин заработал более десяти миллионов евро. Сегодня у него оставались лишь считаные гроши на текущем счету да рюкзак за плечами. Эта мысль заинтересовала его, развеселила и принесла облегчение. Он смотрел на бурлящую перед ним реку. Весеннее солнце осыпало ее сверкающими бликами. Кевин глубоко вздохнул и сплюнул в воду. Он вновь обрел привилегию быть никем. Как он мог так сглупить и отказаться от нее?
Миновав Шалю, Кевин замедлил шаг. Впервые за долгое время он почувствовал умиротворение. Ему больше нечего терять и не нужно никуда бежать. Он останавливался, чтобы рассмотреть мельчайшие особенности пейзажа и понаблюдать за людьми. По мере его продвижения на юг местность становилась менее холмистой, а акцент местных жителей – более певучим. Их голоса нарастали в крещендо. Природа выходила из состояния оцепенения.
Непогода настигла Кевина на пороге Перигора. Одетый в обычную полотняную куртку, он не имел самых элементарных вещей для долгих прогулок под дождем. Ему еще только предстояло научиться отличать главное от второстепенного. Теплая водоотталкивающая одежда, безусловно, относилась к первой категории. Ноги его промокли; порывы ветра пробирали до дрожи. Кевин знал, что однажды ему придется вернуться в Париж и столкнуться с последствиями своих действий. Погода решила это за него.
Добравшись автостопом до вокзала Периге, Кевин сел на поезд. Он сошел с него вечером того же дня, у подножия уродливой башни Монпарнас, и включил мобильный. Бедное животное, не привыкшее так долго спать, не сразу пришло в себя. А очнувшись, безостановочно затренькало. Иногда казалось, что оно затихает, но стоило Кевину перевести дух, как безумие возобновлялось: уведомления приходили одно за другим, словно соревнуясь между собой. Через несколько минут треньканье стало более редким, и Кевин смог-таки дозвониться до одного из своих бывших соседей по квартире у парка Бют-Шомон. Договорившись насчет ночлега, он устроился в кафе неподалеку и начал сверять полученные сообщения с информацией в интернете.
