– Да. В этом сила системы, но и ее слабость. Если достаточное количество стран окажется на обочине, остальные последуют за ними автоматически; нам даже не придется беспокоиться на этот счет. Именно поэтому наша стратегическая задача заключается в том, чтобы инициировать глобальное движение, причем повсюду и сразу. Этот день не за горами. Сбой на уровне всей планеты. А затем – либо полная победа, либо полный провал.
– Но пока этот день не настал, – добавила Бонни, – не нужно привлекать внимание. На вашем месте я бы стерла граффити на стене у соседа. Мы не хотим, чтобы полиция совала нос в наши дела.
Поморщившись, Артур пообещал сделать это. Бонни и Клайд оставались спокойны; похоже, они твердо верили в успех этого безумного предприятия. Неужели холодное чудовище экоцида породило еще более холодных существ? Родятся ли после них более гуманные люди? Сможет ли этот вид когда-нибудь испытать радость жизни?
Они тоже наблюдали за ним. Они ждали ответа на вопрос, который остерегались задать прямо. Весь этот разговор казался Артуру одновременно абсурдным и абсолютно закономерным – логичной кульминацией всей его деятельности за последние несколько лет. То, что началось как флирт с Анной, стало единственно возможной реальностью. Артур всегда неохотно рисовал конечные последствия своего анархо-стоицизма. Молодежь из Extinction Revolution сделала это за него.
– Я в деле, – сказал он, не раздумывая.
Бонни торжественно протянула ему руку.
– Добро пожаловать!
– Чем могу быть полезен?
– Координационный комитет предложил нам назначить вас Агрессором во Франции.
– Я повешу его за яйца! – бушевала Филиппин.
За столом сидели Кевин, Матильда, Анна и ее босс, острозубый Волк. В этот утренний час на улице было еще темно, и свет электрических спотов придавал лицам присутствующих мертвенно-бледный оттенок. Волк принес пакет с круассанами, к которым никто не смел прикоснуться. Во вчерашнем выпуске газеты Canard enchaîné[57] сообщалось, что компания Veritas, стартап, пользующийся благосклонностью правительства и СМИ, вошедший в список Next 40 и получивший премию за защиту окружающей среды, сжигает бо́льшую часть отходов, предназначенных для компостирования. Статья называлась «Червивый фрукт». Автор вволю поупражнялся в остроумии: «В тихой заводи черви водятся»; «А не заморить ли нам червячка?». Между каламбурами приводились точные обличающие факты: сколько тонн, адрес мусоросжигательного завода, названия обманутых компаний. В заключение журналист благодарил за предоставленную информацию некоего анонимного доброжелателя. Его-то Филиппин и хотела повесить за яйца.
Номер вышел в полдень, но, следуя закону подлости, добрался до своих жертв только к вечеру. Филиппин срочно организовала встречу с компанией Волка по кризисным коммуникациям. У них было несколько часов, чтобы подготовить ответ.
– Тут как в футболе, – объяснил Волк. – Есть три сценария и только три: уклоняться, защищаться или идти в контратаку. Лучше всего выбрать один из них и придерживаться его как можно дольше: нет ничего более опасного, чем смена стратегии в середине пути. Чтобы решить, какой вариант вам лучше подходит, нужно знать несколько вещей. Начнем с того, говорит ли эта статья полную правду, немного правды или только ложь?
– В любом случае, это просто сатирическая газетка, – сказала Филиппин, – и никто не придает написанному там никакого значения. Я никогда не читала ее до сегодняшнего дня!
– Не обольщайся. Насчет не поддающихся проверке политических сенсаций на второй странице все знают, что это орудие для сведения счетов. Но статья о вашей компании появилась на четвертой странице. Именно на этой странице были опубликованы материалы о деле Ставиского, положившем конец Третьей республике[58], скандал с алмазами Бокассы, стоивший Жискару переизбрания[59], а также история с мнимым трудоустройством Пенелопы Фийон, позволившая победить Макрону[60]. Что касается бизнеса, то такие компании, как Bouygues, Pechiney, Ikea, M6 и Elf, до сих пор не могут забыть о Canard enchaîné. Учитывая вашу медийную популярность, я вам гарантирую, что эта информация будет освещаться в прессе повсеместно.
Филиппин внезапно схватила круассан и принялась жадно поедать его.
– Поэтому я повторяю свой вопрос: говорится ли в этой статье…
– Эта статья несет полную чушь! – закричала Филиппин, брызгая слюной.
Бросив быстрый взгляд на Кевина, который хранил молчание, Волк заговорил снова:
– Я хотел бы прояснить позицию нашей компании. Мы чем-то похожи на адвокатов. Мы обязаны соблюдать конфиденциальность, на этом и строится наша репутация. И мы всегда остаемся на стороне клиента, не осуждая его. В то же время, чтобы дело продвигалось, вы ничего не должны скрывать от нас.
Кевин вмешался, стараясь говорить как можно спокойнее:
– Эта статья говорит правду.
Волк напустил на себя одновременно заботливый и досадующий вид, как врач, пациент которого признался в появлении нового симптома.
